Развитие бактериологии: от клеточной патологии к открытию специфических возбудителей болезней

Достижения целлюлярной патологии Вирхова вызвали у многих врачей законную гордость и ощущение значительного прогресса в понимании сущности болезни. Однако вскоре возник закономерный вопрос: что же, в свою очередь, обусловливает сами клеточные изменения, в которых видели выражение патологии. Стало ясно, что клеточная патология объясняет механизм болезненного процесса, но не в состоянии выявить его первопричины. Развитие бактериологии стало логичным шагом для этого пробела в медицинском знании, сместив фокус с исследования структурных изменений на поиск конкретных этиологических агентов.

Открытие Якобом Генле концепции «contagium animatum» (живого контагия) произошло независимо, но имело многочисленных предшественников. К ним относятся объяснение процесса брожения присутствием дрожжевого грибка Шарлем Каньяром де ла Тур, открытие грибка молочницы Фогелем и возбудителя парши (Achorion) Иоганном Лукасом Шёнлейном. Особое значение имели гениальные работы Луи Пастера (1822–1895), доказавшего, что микроорганизмы возникают только из зародышей, и разработавшего метод пастеризации (обеспложивания) путем нагревания. Эти открытия указывали, что медицина стоит на пороге революции в понимании причин многих заболеваний.

Важным шагом стало обнаружение ветеринарными врачами Алоисом Поллендером (1849) и Фридрихом Брауэллем (1855) палочкообразных телец в крови животных, больных сибирской язвой. Далее удалось экспериментально перенести болезнь на здоровых животных путем прививки им крови, содержащей эти бациллы. Однако доказательства были небесспорными: бациллы не всегда обнаруживались у павших животных, что ставило под вопрос их этиологическую роль. Неопровержимый характер эти доказательства приобрели благодаря работе Роберта Коха, по праву считающегося основателем современной бактериологии.

Роберт Кох (1843–1910) первоначально работал городским врачом в Вольштейне, где активно изучал сибирскую язву. Он выдвинул и подтвердил гипотезу, что в случаях, где бациллы не обнаруживались, они существуют в иной, устойчивой форме – в виде спор. Это открытие, опубликованное в 1876 году, было изложено в трех фундаментальных положениях, заложивших методологическую основу всей бактериологии. Кох также предположил, что поражение организма вызывается не самими микробами, а вырабатываемыми ими ядовитыми продуктами обмена – токсинами.

Следующим важнейшим вкладом Коха стало утверждение, что не все бактерии одинаковы, и каждая инфекционная болезнь вызывается специфическим микроорганизмом (принцип специфичности). Это опровергало господствовавшую ранее теорию плеоморфизма (взаимопревращения бактерий). Свои взгляды он изложил в 1878 году в труде «Исследования об этиологии инфекционных заболеваний ран». В 1882 году, благодаря усовершенствованию микроскопической техники (масляная иммерсия, конденсор Аббе), Кох открыл туберкулезную палочку (бациллу Коха), а годом позже – холерный вибрион.

Параллельно другие исследователи добивались выдающихся результатов: Альберт Нейссер в 1879 году открыл возбудителя гонореи (гонококк), Герхард Хансен – возбудителя проказы (бацилла Хансена). Методологическому прогрессу чрезвычайно способствовала работа Коха «К вопросу об исследовании патогенных микроорганизмов» (1881), где была детально изложена вся техника бактериологической методики, включая методы окраски, чистых культур и стерилизации.

Ценность этих открытий не ограничивалась лишь выявлением причин болезней. Учение о заболеваниях получило новое направление, которое освободило его от излишне одностороннего «солидарного» (тканевого) взгляда, порожденного господством целлюлярной патологии. Идея Коха о значении токсинов была развита другими учеными. Они обнаружили, что в ответ на инфекцию в организме вырабатываются «противоядия» (антитоксины) – вещества, нейтрализующие токсины и являющиеся выражением защитных сил организма.

Эти вещества были названы Эмилем Берингом (1890) и Паулем Эрлихом (1891) «антитоксинами», Рихардом Пфейффером – «бактериолизинами», а Юлиусом Дейтшем – «антигенами». Их поиск, прежде всего в кровяной сыворотке, вновь привлек внимание к жидким средам организма, которые были оттеснены на задний план после Вирхова. Таким образом, гуморальный подход к объяснению болезней вновь обрел право на существование, но уже на новой, экспериментальной основе.

Одновременно открылись совершенно новые перспективы для профилактической борьбы и терапии инфекционных заболеваний. Развитие серологии (учения о сыворотках) и иммунологии заложило основу для создания лечебных сывороток и вакцин. Хотя полная реализация этих перспектив была делом будущего, работы Коха и его последователей совершили коренной переворот, переместив центр тяжести медицинского исследования с последствий болезни на её конкретную причину – патогенный микроорганизм, и заложив фундамент для эффективной борьбы с инфекциями.

Сведения об авторах и источниках:

Авторы: Т. Мейер-Штейнег, К. Зудгоф.

Источник: История медицины.

Данные публикации будут полезны студентам-историкам медицины, исследователям античной науки и культуры, практикующим врачам, интересующимся историей своей профессии, а также всем, кто увлекается развитием научной мысли в классическую эпоху.