Клеточная патология Вирхова: переход от гуморальных теорий к научной медицине

Крупные успехи естествознания, особенно в области анатомии и физиологии, оказали решающее влияние на развитие учения о болезни. Патология, особенно после работ Мари-Франсуа Биша, начала заметно трансформироваться. Этот процесс был аналогичен переходу в римский период от старого догматического гуморального учения, восходящего к Гиппократу, к солидарной патологии методиков. Учение о соках, увековеченное Галеном и подвергавшееся критике с XVI века, теперь шаг за шагом оттеснялось. Его место занимала новая солидарная теория, укреплявшаяся благодаря растущему пониманию роли тканей и их элементов в болезненном процессе.

Два важнейших условия для создания основанной на естествознании солидарной патологии были подготовлены Карлом фон Рокитанским (1804–1878). Этот блестящий представитель молодой Венской школы всесторонне исследовал макроскопические патологические изменения. Он впервые четко сформулировал принцип, что для понимания клинических явлений у живого пациента необходимо учитывать данные аутопсии. Таким образом, видимые структурные изменения были изучены в небывалом ранее объеме и взаимосвязях. Этот макроскопический подход, дополненный открытием животной клетки, естественным образом породил стремление изучить ход болезни на микроскопическом уровне, вплоть до клеток. Блестящее решение этой задачи стало главной заслугой Рудольфа Вирхова.

Рудольф Вирхов родился в 1821 году в Шивельбейне (Померания). С 1839 по 1843 год он обучался в Берлинской Пепиниер (военно-медицинской академии), был учеником Иоганна Мюллера. Став приват-доцентом в Берлине, он из-за политических преследований в 1849 году переехал в Вюрцбург, где получил должность профессора. В 1856 году Вирхов вернулся в Берлин, возглавил кафедру патологической анатомии и почти пятьдесят лет работал как исследователь, учитель, писатель и политический деятель. Умер ученый в 1902 году.

В его интеллектуальном развитии четко отразился переворот, происходивший в медицине того времени. В своем первом масштабном труде «Целлюлярная патология» (1858) Вирхов испытал влияние как гуморально-патологических идей, так и виталистических воззрений. В противоположность виталистам, предполагавшим существование единой жизненной силы, Вирхов рассматривал животный организм как сумму жизненных единиц — клеток, каждая из которых обладает всеми свойствами жизни. Он описывал организм как «своего рода общественную организацию», где клетки, будучи взаимосвязаны, сохраняют собственную активность.

Последовательно применяя гистологию к физиологии, Вирхов пришел к выводу, что клетка является первоосновой всех жизненных явлений. Хотя в этих взглядах еще чувствовался отзвук витализма, основным стремлением ученого было освобождение от спекулятивных идей и переход на почву чистого естествознания. Его целью стало систематическое разложение организма на клеточные единицы, объяснение их функций на основе физико-химических законов. Борьба с влиянием старых учений, включая идеи Альбрехта фон Галлера и Джона Броуна, была сложной, но по мере работы эти влияния ослабевали.

Венцом его деятельности стало создание целлюлярной (клеточной) патологии — применения учения о клетке для объяснения болезненных процессов. Патология, по Вирхову, — это деятельность клеток в ненормальных условиях. Главная задача заключалась в изучении структурных изменений в отдельных типах клеток при болезни. Как он позже (1895) определил, болезнь есть «измененная часть тела или, принципиально выражаясь, измененная клетка или измененный агрегат клеток». Так была сформулирована новая солидарно-патологическая теория, где твердые части тела («solidae partes») стали первостепенными, а жидкости отошли на второй план.

Эта теория оказала чрезвычайно благотворное влияние: она положила конец поискам таинственных «сил» как причин болезней и направила исследование к трезвому естественно-историческому наблюдению с помощью секционного ножа и микроскопа. Однако Вирхов подчеркивал, что его учение — лишь теория, а не догма, и сознательно избегал создания новой всеобъемлющей системы или прямого влияния на терапию, что свидетельствует о величии его научной позиции. Многие его ученики, такие как Юлиус Конгейм (1839–1884), Эдвин Клебс и Фридрих Реклингхаузен, продолжали развивать его идеи.

Однако некоторые последователи, выходя за рамки, очерченные Вирховым, впали в односторонность. Они стали искать сущность болезни исключительно в клетках, что привело к пренебрежению ролью жидких сред организма и недостаточной оценке клинических симптомов у живого пациента. Это повлекло за собой ошибки в дифференциации причинных симптомов и защитных реакций организма (таких как лихорадка), что на практике иногда приводило к вредной терапевтической тактике, например, неоправданному подавлению жаропонижающими средствами (Antipyretica) важных защитных механизмов. Таким образом, клеточная теория, совершив революцию в медицине, одновременно обозначила и пределы своего применения.

Сведения об авторах и источниках:

Авторы: Т. Мейер-Штейнег, К. Зудгоф.

Источник: История медицины.

Данные публикации будут полезны студентам-историкам медицины, исследователям античной науки и культуры, практикующим врачам, интересующимся историей своей профессии, а также всем, кто увлекается развитием научной мысли в классическую эпоху.