Культурные преобразования в 1920 – 1930-х гг.

Культурное строительство. Культурное строительство в Сибири в целом, и в Горном Алтае в частности, осложнялось высоким процентом неграмотности среди населения по сравнению с другими районами. К началу 1919 г. Западная Сибирь занимала 16-е место по уровню развития культуры среди краев и областей РСФСР, намного отставая от общих показателей. Если в 1920 г. удельный вес грамотных по стране составлял 39,6%, то в Западной Сибири этот показатель был не выше 31%, а среди сельского населения не превышал 26%. В Алтайской губернии неграмотных в возрасте от 14 до 27 лет было зарегистрировано 300 тысяч человек. В Горном Алтае грамотность населения была ниже, чем по губернии, неграмотное население составляло 85,5%. По данным переписи 1920 г. свыше 60 тысяч человек, проживавших на территории Горно-Алтайского уезда, были неграмотными.

Не случайно центральное место в системе культурно-просветительской работы в 1920-гг. заняла ликвидация неграмотности. В июне 1920 г. по борьбе с неграмотностью была создана Всероссийская чрезвычайная комиссия во главе с Ф.Э. Дзержинским. Работа с неграмотными стала трудовой повинностью, которую должно было отрабатывать все грамотное население страны. В Сибири эта работа возглавлялась Сибирской чрезвычайной комиссией по ликвидации неграмотности, в состав комиссии входили представители национальных меньшинств Сибири. Первые мероприятия в данном направлении на Алтае начались с марта 1920 г., когда был издан приказ губкома о ликвидации неграмотности среди взрослого населения губернии.

В Горном Алтае работа по ликвидации неграмотности среди взрослого населения сначала проводилась уездным ревкомом, а затем созданной в декабре 1920 г. уездной чрезвычайной тройкой: под ее руководством был проведен учет неграмотных, заготовлены и распределены учебные пособия, письменные принадлежности. Горно-алтайским уездным нацотделом и подотделом просвещения национальных меньшинств совместно был разработан план по обучению грамоте коренного населения. По плану предусматривалось открытие ликпунктов и школ для малограмотных, организация курсов для подготовки кадров. На работу в школы и ликбезы направлялись сельские грамотные активисты. Привлекались комсомольцы, военнослужащие и немногочисленная в то время сельская интеллигенция.

В 1920 – 1921 учебном году в Горно-Алтайском уезде работали 200 ликпунктов и школ для малограмотных, 7 вечерних курсов для обучения взрослых. Ликвидация неграмотности осуществлялась в двух направлениях: первое – по линии государственной – платными работниками, их называли ликвидаторами; второе по общественной линии – бесплатно. Курсы для подготовки ликвидаторов в 1921 г. функционировали в четырех населенных пунктах уезда.

Для приобщения трудящихся к культуре создавались избы-читальни, которых в 1920 г. в Горно-алтайском уезде насчитывалось 20, библиотеки, первые любительские театры, народные дома, клубы, дома Алтайки. В декабре 1922 г. в Улале состоялась первая областная женская конференция, на которой делегатки призвали всех женщин Алтая бороться с неграмотностью, старыми обычаями и патриархальными предрассудками. Большую роль в культурно-просветительской работе с населением играла газета «Ойротский край» (с 1932 г. – Красная Ойротия)

Начавшаяся ликвидация неграмотности в Горном Алтае была сведена на нет в годы вооруженных столкновений, во время которых количество культурно-просветительских организаций сократилось вдвое. В 1922 г. в Ойротской области не осталось ни одной избы-читальни, в значительной степени пострадала сеть ликпунктов, библиотек.

Планомерная работа по обучению взрослого населения грамоте началась только с 1923 г. В ноябре 1923 г. в Ойротской области были открыты 5 ликпунктов и одна школа для малограмотных. Важной вехой в истории народного образования явилась организация в конце 1923 г. общесоюзного общества «Долой неграмотность». В этом же году страной был взят курс на достижение грамотности среди населения от 18 до 35 лет к 10-й годовщине Октябрьской революции. Областные организации Горного Алтая взяли на себя обязательство: обучить к осени 1927 г. 15 тысяч неграмотных и малограмотных. В поход за ликвидацию неграмотности включились учителя, служащие, грамотные рабочие и крестьяне, школьники. Население на собственные средства открывали ликпункты, школы-передвижки. Ликвидация неграмотности была сопряжена с большими трудностями, вызванными голодом, разрухой, эпидемией тифа, большой территориальной разбросанностью, бездорожьем, кочевым и полукочевым образом жизни значительной части коренного населения. Все это обусловило своеобразные формы работы по ликвидации неграмотности, а именно передвижные ликпункты, которые являлись целесообразной формой борьбы с неграмотностью в отдаленных урочищах Горного Алтая. Для обобщения и распространения опыта работы ликпунктов Ойротским обкомом партии, областным отделом народного образования были созданы опорные пункты по ликвидации неграмотности, которые проводили работу в аймаках и обобщали опыт деятельности всех культурно-просветительских учреждений. В 1926 – 1927 учебном году, наряду с ликпунктами утвердилась особая форма индивидуально-группового обучения населения. Несмотря на достигнутые успехи, взятый областью план обучения 15 тысяч неграмотных к 10-летнему юбилею Октябрьской революции оказался невыполненным, как и по всей стране число грамотных увеличилось незначительно составляя 23,1% в 1927 г. Причины невыполнения заключались в недостатке материальных средств, кадров, в отсутствии обязательного всеобщего обучения, в рецидивах неграмотности. Определенную роль сыграл тот факт, что до 1928 г. размах культурно-просветительской был незначительным, темпы ликвидации неграмотности оставались низкими, в лучшем случае они создавали стабильное состояние неграмотности, но никак не преуменьшали ее. С этим положением нельзя было смириться в условиях перехода к индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства. Партийно-советские органы разработали систему мер, направленную на улучшение всего дела ликвидации неграмотности. Программой культурного строительства советского государства явились решения XV съезда ВКП (б) (декабрь 1927 г.). В резолюции «О директивах по составлению пятилетнего плана народного хозяйства» съезд подчеркнул прямую связь культурного строительства с политикой индустриализации. В марте 1928 г. Пленум Западно-Сибирского краевого комитета ВКП (б), обсудив вопросы культурного строительства, сделал вывод о том, что существующей сети ликпунктов недостаточно, а качество работы ликпунктов остается низким. В октябре 1928 г. крайком партии принял решение: удвоить темпы работы по ликвидации неграмотности. Партийные, советские, комсомольские, профсоюзные организации усилили свою деятельность по борьбе с неграмотностью, что незамедлительно сказалось на практике. В 1928 г. началось широкое движение культармии. В алтайской губернии число культармейцев в 5,6 раз превышало число учителей. Культармия ликбеза была самой многочисленной и действенной, она включала в себя обучавших неграмотных и малограмотных в индивидуальном и групповом порядке, методистов, общественников, организаторов самообразования. В сентябре 1928 г. по инициативе комсомола начался всесоюзный культпоход по ликвидации неграмотности. Его основными задачами были: ликвидация неграмотности и борьба с бескультурностью в личной и общественной жизни, а также в быту. В целях успешного развития культпохода очень важно было объединить усилия всех советских учреждений и массовых организаций для совместного наступления на культурном фронте.

Активными участниками кульпохода были комсомольцы Ойротской области, проявлявшие много энтузиазма и инициативы в разрешении различных проблем, вставших в борьбе с неграмотностью. Несмотря на большую работу, не все население области включилось в кульпоход, имели место факты срыва в работе из-за отказа неграмотных посещать ликпункты.

В 1930 – 1931 учебном году начался период самого широкого размаха по созданию социалистической культуры, что выразилось и в перестройке ликбеза с осени 1931 г. путем создания взамен ликпунктов и школ для малограмотных единой начальной политехнической школы с тремя курсами обучения при сохранении индивидуального обучения.

К празднованию десятилетия со дня образования Ойротской области силами общественных организаций было обучено более 30 тысяч человек. Проведенная в 1932 г. культэстафета выявила, что в области неграмотными являются 11183 человека, из них 6 тысяч были охвачены различными формами обучения. Для ликвидации неграмотности среди коренного населения области широкое развитие получили такие формы культурно-просветительской работы, как юрты-передвижки, кочующие агитаторы, разъездные учителя.

Охотники во время отдыха

Для окончательной ликвидации неграмотности в 1936 г. была проведена проверка, в ходе которой выяснилось, что обучению подлежит еще 12604 человека, из них уже обучалось 10232 человека, неохваченными оставались более 2 тысяч взрослых. Завершение ликвидации неграмотности было поставлено на строгий партийных контроль. Ход ликвидации неграмотности обсуждался на совещании заведующих райОНО, осенних учительских конференциях, Президиуме облисполкома. На борьбу с последними остатками неграмотности привлекли дополнительные силы: были открыты 80 ликпунктов, обучению неграмотных взрослых помогали 305 учителей и 447 культармейцев. В итоге, в период второй пятилетки были достигнуты значительные результаты по ликвидации неграмотности и малограмотности населения Горного Алтая. Всего с 1929 по 1936 г. в Ойротской области было обучено 44941 человек. Ликвидация неграмотности в Горном Алтае завершилась в 1937 г., когда грамотность населения области в возрасте от 8 до 50 лет составила 90%. Вне обучения оставались, в основном, пастухи, охотники, некоторые домохозяйки и престарелые.

Таким образом, ликвидация неграмотности и малограмотности среди взрослого населения стала одним из решающих достижений начального этапа культурной революции.

Народное образование.Процесс школьного строительства осуществлялся в рамках трех основных периодов: революции и гражданской войны (1917 – 1920 гг.), восстановления народного хозяйства (1921 – 1927 гг.), предвоенных пятилеток (1928 – 1941 гг.)

Социалистические преобразования в школьном строительстве начались в виде создания нового аппарата народного образования – Сибирского отдела народного образования. В феврале 1918 г. на II общесибирском съезде Советов в составе Центрального исполнительного комитета советов Сибири был учрежден комиссариат просвещения. Отдел народного образования Алтайской губернии, в состав которой входил Горный Алтай, был образован 24 декабря 1919 г. Его первыми руководителями были Ю.А. Сандомирский, В.П. Егоршин. С 1919 г. началась перестройка сибирской школы. СибОНО были разработаны более десяти инструкций по организации учебно-воспитательной работы. К концу первого периода, то есть к концу 1920 г. в Сибири произошла полная ломка дореволюционной школьной системы. Но начавшиеся в культуре социалистические преобразования были прерваны гражданской войной. Развитию школьного строительства мешали трудности такого порядка: недостаток материальных средств, школьных зданий, учебников, бумаги, учительских кадров. Этим объясняется, что к концу 1920 г. проблемы народного образования в Сибири остались неразрешенными. В 1920 г. в Горном Алтае 80,2% детей от 8 до 14 лет не были охвачены школой.

Партийные и советские органы в деле школьного строительства руководствовались декретом «О ликвидации неграмотности среди населения РСФСР», подписанного В.И. Лениным 26 декабря 1919 г. Согласно декрету дети от восьми до пятнадцати лет, не умеющие читать и писать, обязаны были обучаться грамоте. Задачи народного образования и пути его развития были разработаны в Программе Российской коммунистической партии большевиков (РКП (б)), принятой на XVIII съезде партии в марте 1919 г. Данная программа партии предусматривала введение бесплатного, обязательного общего и политехнического образования для всех детей.

Делом просвещения коренных национальностей занимались национальные политотделы. В их введении находились школьные и дошкольные учреждения, все виды профессионального образования. Подотделы были объединены в Сибнацотдел национальностей Сибири при краевом ревкоме. Им подчинялись секции национальных меньшинств при губОНО.

В марте 1920 г. Алтайский губисполком в Улалинском, Шебалинском, Уймонском ревкомах – в трех селах Горного Алтая организовал отделы народного образования во главе с Улалинским отделом народного образования, который приступил к коренной перестройке школы, начатой в 1919 г. В жизнь были проведены декреты советского правительства: «Об отделении церкви от государства и школы от церкви», «Об единой трудовой школе». Были приняты меры по ремонту школьных помещений и приведению в порядок школьных пособий. Но квалификация работников школ была низкой.

По решению 1-го партийного совещания, состоявшегося в декабре 1920 – январе 1921 гг. школы Западной Сибири перешли на работу по учебным планам семилетней политехнической школы. В качестве образца создавались опытно-показательные школы. В Горно-Алтайском уезде опытно-показательная школа существовала в с. Чемал. Для подготовки учительских кадров действовали краткосрочные курсы «Красных учителей» в том же Чемале, срок обучения составлял пять месяцев.

Дополнительный материал:

В 1920 – 1921 учебном году на территории Горно-Алтайского уезда действовали 114 школ начального обучения, в том числе 25 алтайских, 46 смешанных, 3 школы II ступени, 13 интернатов. Общая численность учащихся составляла 3660 человек. В 13 интернатах на полном обеспечении государства находилось 572 ребенка. Планировалось открытие еще 50 интернатов, в которых должны были проживать 1800 детей.

Успешно начатое культурное строительство было прервано возникновением в конце 1921 г. вооруженного сопротивления советской власти, последние остатки которого были ликвидированы к весне 1922 г. Вооруженные конфликты самым разрушительным образом повлияли на дело просвещения. Сеть школ, интернатов, библиотек, изб-читален сократилась. На сокращение школьной сети повлиял и перевод школ с государственного обеспечения на местное. В результате к 1922 – 1923 учебному году в Горно-Алтайском уезде осталось всего 56 школ, из них 10 были смешанными. 16 – алтайскими. В школах Горного Алтая работало всего 68 учителей.

В августе 1922 г. при облревкоме создан областной отдел народного образования (облОНО). Партийные и советские организации края и Ойротской области изыскивали средства, чтобы не допустить сокращения числа школ. В феврале 1922 г. по решению Президиума крайкома РКП (б) по всей Западной Сибири была объявлена неделя помощи школе. Решением секции ВЦИК от 25 мая 1922 г. на нужды народного образования Ойротской области были выделены дополнительные средства. На следующий год Наркомпрос передал Горному Алтаю 64194 рубля на приобретение учебников и учебных пособий. В январе 1923 г. Алтайским исполнительным комитетом советов был рассмотрен вопрос о состоянии народного образования в губернии, в апреле этого же года VII Алтайская губернская партийная конференция объявила месячник помощи школе. К концу восстановительного периода увеличились ассигнования на народное образование. Доля расходов на народное образование в бюджете Ойротской автономной области непрерывно возрастала: в 1923 г. – 6%, в 1924 – 1925 учебном году – 30%, в 1925 – 1926 учебном году – 35,5%.

Из виду не выпускались вопросы развития национальных школ, развития письменности, создания учебных пособий и учебников на родном языке. В 1922 г. при Ойротском облОНО была создана переводческая комиссия. В 1928 г. алтайская письменность была переведена на латинский алфавит.

Несмотря на то, что советско-партийные органы обращали особое внимание на развитие национальных районов, и в них предусматривалось более быстрые темпы развития школьного строительства, в частности в Сибири на 4,1% выше, чем по европейской части РСФСР, Сибирь по развитию школьной сети отставала от общесоюзных показателей. Так, школьная сеть в Горном Алтае на 1 января 1925 г. включала в себя 57 школ I ступени, в том числе 19 алтайских школ и 38 русских, и 2 школы II ступени, одна из которых была шестилетней, другая – девятилетней. В целом, по Сибири к концу восстановительного периода 50% детей школьного возраста не были охвачены обучением. Такое же положение было и в Горном Алтае, причем большинство школ были с трехлетним сроком обучения. Неграмотные подростки пополняли армию неграмотного взрослого населения. В Ойротской области в 1928 – 1929 учебном году в среднем на каждые 100 человек грамотных приходился 31 человек, а в районах с коренным населением – 11 человек.

Для того, чтобы разрешить вопрос ликвидации неграмотности среди взрослых необходимо было охватить всех детей школой; встал вопрос о введении всеобщего начального обучения. В марте 1926 г. Ойротским облОНО была создана специальная комиссия по подготовке всеобуча. В основу работы комиссии легли постановления: «О сети учреждений Наркомпроса РСФСР» 1923 г., «О введении в РСФСР всеобщего начального обучения и построения школьной сети» 1925 г.

8 мая 1926 г. Сибирский краевой комитет ВКП (б) принял постановление «О введении в Сибири всеобщего начального обучения».

Развитие народного образования в Горном Алтае в конце 1920-х гг. по-прежнему отставало как от общих темпов социалистического строительства по стране, так и по краю. В 1928 – 1929 учебном году в школах I ступени обучалось: по РСФСР – 76% детей школьного возраста, по Западно-Сибирскому краю – 65,5%, по Ойротской области – 50%.

1930 г. явился переломным в истории народного образования. 25 ноября и 14 августа 1930 г. были приняты постановления ВЦИК и СНК СССР, в которых предусматривалось введение с 1930 – 1931 учебного года всеобщего обязательного начального обучения детей в возрасте с 8 – 9 – 10 лет, в 1931 – 1932 году в возрасте 8 – 11 лет. В Горном Алтае обязательное введение всеобуча откладывалось до осени 1931 г.

В октябре 1930 г. на заседании бюро Ойротского обкома партии был утвержден пятилетний план комиссии по всеобучу, составленный с учетом местных особенностей. Ввиду социально-экономической отсталости в 1930 – 1931 учебном году всеобщее начальное обучение вводилось только в Онгудайском, Майминском районах и в Ойрот-Туре.

Областной комитет партии, облОНО, профсоюзные организации уделяли внимание укреплению и развитию материальной базы школ, проводили месячники помощи школе, укреплению шефства городских организаций над селом. За два года: 1931 и 1932 гг. на развитие школьного строительства было привлечено 172147 рублей общественных средств. Для укрепления материального положения школ поощрялось создание пришкольных участков и подсобных хозяйств.

Проблема учительских кадров была очень сложной. Она разрешалась двумя путями: подготовкой специалистов из местного населения и их приездом из городов Сибири и центральной России. Известны попытки приглашения в Западную Сибирь 300 учителей из Москвы. В 1920 г. 10 человек из Горного Алтая были посланы на учебу в Петроград. В 1921 г. был открыт первый сибирский рабфак и педтехникумы в Барнауле и Бийске. Молодежь Горного Алтая обрела реальную возможность получить образование. Молодых людей посылали на учебу в Рабоче-крестьянский коммунистический университет Сибири (г. Томск). Кузницей подготовки партийных, советских и учительских кадров стали краевая и областная совпартшколы. Из стен Ойротской совпартшколы с 1924 по 1934 г. вышло 250 человек. Пединститутов в Западной Сибири не было до 1931 г. Естественно, что по уровню образования учителя Сибири и особенно Горного Алтая отставали от российских показателей. В 1930 г. в Томском университете был открыт педагогический факультет, который осенью 1931 г. был преобразован в самостоятельный педагогический институт. К концу первой пятилетки в Западной Сибири работали три учебных заведения, готовившие педагогов с высшим образованием – это Коммунистический университет народов Сибири (г. Томск), Томский и Омский педагогические институты. В 1935 г. в центральных городах России, а также в крупных городах Сибири из Горного Алтая учились 46 человек.

Для школ Горного Алтая учителей готовили: педтехникум, открытый в Ойрот-Туре в 1928 г., городская девятилетняя школа с педагогическим уклоном и педагогический рабфак, открытый в 1932 г. Горно-алтайский рабфак принимал крестьян, рабочих и школьников, при нем было создано подготовительное отделение по программе 6 – 7 классов, на которое зачислялась только алтайская молодежь. Педтехникум в 1937 г. был реорганизован в Ойротское педагогическое училище. В 1931 г. при педтехникуме был создан заочный сектор по подготовке учителей начальных классов. Для подготовки к поступлению в средние учебные заведения в 1932 г. были организованы специальные курсы в с. Александровка. Число учителей в области росло, но все же было недостаточным. В 1928 г. в области работали 214 учителей, в 1934 г. – 556, в 1935 г. – 716 учителей.

Введение всеобщего начального обучения в области проходило неравномерно. Так, в 1931 – 1932 учебном году в Чемальском аймаке всеобучем были охвачены все дети школьного возраста, в то время как в других районах всеобуч ввести не удалось. Это было вызвано тем, что пришкольные интернаты не вмещали всех желающих, поэтому в районах с кочевым и полукочевым образом жизни выполнение закона о всеобщем обучении шло замедленными темпами. Борьба за всеобуч проходила в трудных и сложных условиях: не хватало учителей, учебников, письменных принадлежностей. Строительство школьных зданий отставало от требований времени. Приходилось переоборудовать крестьянские избы под школы. План всеобуча в Горном Алтае был выполнен в 1933 – 1934 учебном году. Охват обучением детей школьного возраста составил 97%.

Помимо достигнутых успехов в развитии начального обучения развивалось среднее общее и среднее специальное образование. Кадры для народного хозяйства и культуры готовили педтехникум, зооветтехникум, художественная и сельскохозяйственная школы и школа леспромхозного ученичества. В с. Иня была открыта школа шоферов с годичным сроком обучения, сыгравшая важную роль в подготовке кадров водителей и механизаторов для сельского хозяйства области.

Таким образом, в Горном Алтае к концу первой пятилетки, как и по всей стране завершился процесс формирования советской социалистической школы как с точки зрения формы, методов, так и содержания учебно-воспитательной работы.

В годы второй пятилетки происходило дальнейшее закрепление начального обучения, вводилось семилетнее обязательное образование, повышалось качество обслуживания, шло распространение единых методов учебно-воспитательной работы с учащимися, осуществлялся перевод на единые учебные программы. В связи с переходом ойротской письменности на русский алфавит в 1938 г. вышли «Грамматика ойротского языка: пособие для учителей родного языка, «Грамматика ойротского языка. Синтаксис», «Орфография ойротского языка», подготовленные Т.М. Тощаковой, которые стали основным пособием для учителей родного языка и переводчиков.

В 1937 – 1938 учебном году в Ойротской области функционировали 38 неполных средних школ с общим количеством 5570 учащихся, 9 средних школ с охватом 428 человек, 258 начальных школ с общим количеством учащихся в 22 тысячи. В регионе сформировалась система советского начального и среднего образования.

Итак, в ходе второй пятилетки в Горном Алтае грамотность населения достигла 96%. Ойротская область располагала сетью изб-читален, клубов, библиотек, красных уголков, сложилась система народного образования, включавшая в себя начальные, неполные и средние школы, а также специальные средние заведения.

Становление алтайской советской литературы.После Октября начался советский период в развитии алтайской литературы, представленный в 1920 – 1930-х гг. творчеством П. Чагат-Строева, М. Мундус-Эдокова, А. Тозыякова, П. Кучияка, Э. Модорова, И. Эдокова, Н. Каланакова, А. Толтока, А. Чокова, вышедших из образовательных учреждений Алтайской духовной миссии. Все они приняли Октябрьскую революцию, учились в совпартшколах или в Коммунистическом университете трудящихся Востока (КУТВ). На их литературное творчество оказала влияние активная общественно-политическая деятельность. В своих работах они воспевали идею коллективного труда, культурную революцию, колхозную жизнь в алтайской деревне и другие темы социалистического реализма. Первым произведением алтайской ленинианы стала поэма «Мудрый богатырь» писателя П. А. Чагат-Строева, автора стихотворений агитационно-пропагандистского характера: «Трудящимся», «Собранию комсомола», «Будем учиться». Автором первых драм на алтайском языке и учебников был поэт А. В. Тозыяков.

К 1930-м г. алтайскими писателями были освоены новые жанры: рассказы, повести, в том числе автобиографические («Мундузак» Ч.А. Чунижекова), поэмы, пьесы, осуществлялся перевод на алтайский язык произведений русской классики. Одаренным поэтом и литературным переводчиком был И.И. Эдоков; он писал стихи, рассказы, тексты песен, перевел на алтайский язык повесть А.С. Пушкина «Капитанская дочка»

Вершиной алтайской литературы в довоенный период было творчество П.В. Кучияка, получившего советское образование в 1925 – 1926 гг. в Коммунистическом университета трудящихся Востока (КУТВ). Первые его стихи: «Обращение грамотным», «Новая школа», «Слава Октябрю». П. Кучияк создал первую поэму «Арбачи» о нелегкой доле женщины – алтайки. После возвращения из Москвы он руководил «Красной юртой – передвижкой». В 1935 г. создает поэму о Ленине «Зажглась золотая заря» совместно со сказителем Т. Юдаковым. Он автор 6 пьес, самой знаменитой из которой является драма «Чейнеш» на тему гражданской войны на Алтае. П.В. Кучияк участвовал в 1934 г. в работе первого съезда советских писателей в Москве.

Кучияк П.В.

Алтайская литература этого периода не потеряла связи с устным народным творчеством. Например, алтайский писатель – фольклорист Ч.А. Чунижеков обработал и при помощи М. Мундус-Эдокова издал в сборнике «Утренняя звезда» в 1928 г. алтайские народные сказки: «Старик и лисица», «Сорока», «Лиса и сеноставка». П.В. Кучияк в 1937 г. открыл творчество сказителя Н. Улагашева, первым записав эпические сказания в исполнении слепого сказителя – кайчы.

Улагашев Н.У.

На литературном процессе этого времени негативно сказались массовые репрессии. Из 9 основателей алтайской литературы в 1937 – 1938 гг. были репрессированы 8.

С Горным Алтаем было тесно связано творчество сибирского писателя А. Коптелова. Преображению жизни коренного населения Алтая он посвятил свое лучшее произведение – роман «Великое кочевье», написанный им в 1934 – 1935 гг.

Развитие национальной литературы, прежде драматургии, обусловило появление в 1933 г. профессионального театра. Большой вклад в развитии театрального искусства внес драматург П.В. Кучияк. В свою очередь, становление национального театрального искусства стимулировало формирование творческой интеллигенции в Горном Алтае.

Художники в советский период.В годы культурной революции происходило дальнейшее развитие изобразительного искусства. В Барнауле в это время работали талантливые художники: А. Никулин, В. Карев, М. Курзин, В. Гуляев, Е. Коровай и другие, были открыты губернская художественная школа, две студии и музей искусств.

Эти же явления были характерны и для Горного Алтая. В истории изобразительного искусства этого времени самим выдающимся явлением было творчество двух профессиональных художников: Г.И. Гуркина и Н.И. Чевалкова. Последний период жизни и творчества Г.И. Гуркина (1917 – 1937 гг.) был тесно связан с событиями Февральской и Октябрьской революций, гражданской войны и установления Советской власти в Сибири.

После победы Советской власти в 1919 г. Г.И. Гуркин эмигрировал в Монголию, откуда перебрался в Туву. На родину он вернулся в 1925 г. и сразу же с головой ушел в искусство. Он работает над первым алтайским букварем, составлял эскизы плакатов на темы новой жизни, пропагандировал новый быт, иллюстрировал книги сибирских писателей. В 1926 г. он принял участие в двух художественных выставках в Москве, что стало знаковым в его творчестве. Выставки посетил нарком просвещения А.В. Луначарский, отметивший «замечательные по тонкости живописи, прямо-таки драгоценные по краскам пейзажи Чороса-Гуркина, ойротского художника с Алтая». Столичная критика высоко оценила картины Г.И. Гуркина. Так, алтайский художник, до этого хорошо известный до сих пор только в Сибири, получил всероссийское признание.

Творчество Г.И. Гуркина в советский период развивалось по нескольким направлениям: он работает по-прежнему над созданием пейзажных полотен, пишет портреты, готовит эскизы к жанровым и историческим работам. Из пейзажных работ этого периода наиболее известными являлись камерные «Горное озеро. Вечер» (1926), «Маральник цветет», «На перевале», панорамные «Поздняя осень» («Бом Эзгер-Саяр»), «Курайские белки», «Горное озеро» и другие. Лучшими работами Г.И. Гуркина стали «Белуха с северной стороны, ледник Ак-Кем» и последний вариант «Хан-Алтая» (1936 г.). В исторической живописи Г.И. Гуркина главное место заняла тема партизанского движения, отразившаяся в эскизах: «Алтайские партизаны». «Спускаются с гор», «Засада», «Партизаны», «За власть Советов». По своему он попытался отразить в своем творчестве социалистическую действительность. Уже в середине 1920-х гг. он подготовил эскизы к жанровым работам: «Собрание колхозников», «Слушают газету», «Будущее Алтая». Портретный жанр Г.И. Гуркина представляют работы «Делегатка», «Пионерка». Творческий путь талантливого художника оборвался в 1937 г.

В отличие от Г.И. Гуркина профессиональная карьера и жизнь его ученика Д.И. Кузнецова сложились удачно. Д.И. Кузнецов после Октября, который он встретил с большим энтузиазмом, принимал самое активное участие в художественной жизни своего родного города – Бийска. По его инициативе в 1918 г. была проведена художественная выставка, на которой были представлены и его картины с видами Горного Алтая: «Голубые ледники» и «Осень».

В 1920-х гг. он серьезно занимается этнографией народов Горного Алтая, темой партизанского движения, активно сотрудничает с Ойротским краеведческим музеем, в поисках материалов посещает район Белухи, Телецкое озеро и другие живописные места Ойротии. В 1924 г. в здании Бийского драматического театра состоялась персональная выставка Д.И. Кузнецова. Главное место среди представленных работ художника заняли пейзажи Горного Алтая: «Алтай хмурится», «Таежная речка», «Закат», «Вершины гор» и другие.

В середине 1920-х гг. он по заданию Ойротского музея занимался сбором историко-этнографического материала о кумандинцах Бии. Из экспедиций художник привез не только предметы традиционной кумандинской культуры, но и зарисовки и этюды о Прителецкой тайге, Бие и их жителях. Свои работы по кумандинской тематике он показал на Западно-Сибирской художественной выставке 1928 г.

В 1930-х гг. главное место в его творчестве заняла тема партизанского движения. В поисках материалов он неоднократно выезжал в Горный Алтай, в места, где происходили наиболее ожесточенные сражения и драматические события. Так, он посетил Усть-Канский, Онгудайскй, Усть-Косинский аймаки, Чуйский тракт. Итогом его исканий стали картины: «Партизанский дозор», «Алтайские партизаны», «Партизаны на Туяхтинских высотах», «Вершины Алтая».

Работы Д.И. Кузнецова постоянно выставлялись на всех художественных выставках Бийска и Барнаула. Он одним из первых на Алтае стал членом Союза художников. Помимо творческой деятельности, он много времени отдавал преподаванию живописи в студиях, Бийском педучилище.

Удачным оказался творческий и жизненный путь барнаульского художника А.О. Никулина, в чьем творчестве тема Горного Алтая всегда занимала большое место. После Октябрьской революции он вернулся в родной город Барнаул, где сразу же включился в бурную художественную жизнь советского Алтая. Он стал членом АХО (Алтайское художественное общество), участвовал во всех выставках, много занимался преподавательской работой в Алтайской губернской художественной школе. В 1924 г. он переехал в Москву, где работал на кинофабрике «Совкино», занимался преподавательской деятельностью, по-прежнему много писал, особенно на темы революции и гражданской войны. Его работы постоянно участвовали в столичных выставках. Так, на выставке, организованной Обществом по изучению Сибири, Урала и Дальнего Востока в 1926 г., были показаны его картины: «Красные партизаны в засаде», «Партизаны на Алтае» и другие.

Творчество А.О. Никулина, создавшего особый «никулинский» образ Горного Алтая, сыграло важную роль в становлении профессионального искусства в регионе. Он оказал большое влияние на барнаульскую художественную школу живописцев и на горно-алтайского художника Николая Ивановича Чевалкова, чей творческий путь живописца и графика определился в советское время.

Н.И. Чевалков вернулся на родину в мае 1917 г. Он был в числе первых алтайцев, посланных Советской властью на учебу в Барнаул, где обучался в Алтайской губернской художественной школе у барнаульских художников В. Гуляева и М. Курзина. Учеба одаренному Чевалкову давалась очень легко. Он практически сразу же стал принимать участие в художественных выставках Барнаула. Его картины, посвященные видам и людям Горного Алтая, такие как «Мечта дикарки», «Вечер» (1921 г.), «Базар» (1922 г.), получали положительные отзывы в местной прессе. Впечатлял и художественный стиль Чевалкова, близкий к примитивизму.

После успешного окончания курса обучения в художественной школе барнаульские преподаватели рекомендовали Н.И. Чевалкову продолжить художественное образование в Москве. В 1923 г. его вместе с художниками с В.Н. Гуляевым и М.И. Курзиным командировали в Москву. Здесь сибиряки знакомились с различными направлениями в живописи, посещали художественные музеи, присутствовали на диспутах о направлениях развития советского изобразительного искусства. Все это благотворно отразилось художественном образовании и творчестве Н.И. Чевалкова. Однако по причине слабого здоровья он не смог остаться в столице и поспешил вернуться в Улалу. Здесь он с 1923 г. работал учителем рисования в школе 2-й ступени, при которой создал свою художественную студию и с 1928 г. в педтехникуме. В этот период он написал картины: «Свадьба», «Этюд», «Вечер перед грозой», «Пейзаж», «Купальщицы», «Женщины у стола», «Цыганки».

Увлеченный красотой Телецкого озера, художник в 1925 г. создал с натуры несколько этюдов: «Этюд», «На Телецком озере», «Телецкое озеро», которые легли в основу картины «Алтайцы на Телецком озере» («Ожидание переправы на Телецком озере») (1926 г.).

С 1925 г. имя Н.И. Чевалкова стало известным среди художественной общественности советской Сибири. Он являлся участником Первого съезда сибирских художников и общесибирской художественной выставки в январе 1927 г., 1-й выставки изобразительного искусства Западно-Сибирского края в 1933 г. и других художественных выставок, проводившихся в разных городах Западной Сибири. С 1925 г. он в содружестве с художником Б. Шляевым организовал ряд художественных выставок в Улале (Ойрот-Туре), в том числе и «Первой объединенной выставки картин алтайских художников» в 1930 г., на которых демонстрировались и его художественные полотна.

Проявил он себя и как талантливый организатор художественного образования. При его непосредственном активном участии и в 1931 г. была создана Ойрот-Туринская художественная школа, сыгравшая важную роль в культурной жизни города и области в предвоенное десятилетие. В ней он являлся ведущим преподавателем, преподавал рисунок и живопись. У Н.И. Чевалкова учились будущие живописцы Горного Алтая: А. Таныш, Н. Шагаев, А. Никифоров, П. Бабурганов, П. Чевалков и другие. Учащиеся школы под руководством Н.И. Чевалкова у






Дата добавления: 2016-12-09; просмотров: 4241; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

Воспользовавшись поиском можно найти нужную информацию на сайте.

Поделитесь с друзьями:

Считаете данную информацию полезной, тогда расскажите друзьям в соц. сетях.
Poznayka.org - Познайка.Орг - 2016-2021 год. Материал предоставляется для ознакомительных и учебных целей.
Генерация страницы за: 0.033 сек.