Глава 26. Производство по делам об оспаривании и об исполнении решений третейских судов

Предмет оспаривания (заявления об отмене), признания и приведения в исполнение - окончательное решение третейского суда, в котором дается ответ по существу всех или части заявленных требований. Название решения третейского суда не влияет на решение вопроса о его квалификации как предмета оспаривания либо признания и приведения в исполнение.

Кроме того, предметом оспаривания (заявления об отмене) может быть "постановление" состава международного коммерческого арбитража о наличии у него компетенции, вынесенное "как по вопросу предварительного характера". Такое решение может быть обжаловано на основании ст. 235 АПК РФ и в соответствии со ст. 16 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" в течение месяца (30 дней) после его получения стороной третейского разбирательства, подающей заявление об отмене. Иных случаев "отмены постановления третейского суда предварительного характера о наличии у него компетенции" международные договоры и федеральные законы Российской Федерации не предусматривают.

Независимо от их наименования не могут быть предметом оспаривания (заявлений об отмене) определения, постановления, решения третейского суда:

- по процессуальным вопросам;

- о прекращении третейского разбирательства без вынесения решения по существу спора.

 

Задача "пакетного" согласования ГПК РФ и АПК РФ с Федеральным законом "О третейских судах в Российской Федерации", а также Законом РФ "О международном коммерческом арбитраже" в принципе реализована в положениях этих законов, регламентирующих производство по делам:

- об отмене (исполнении) решений третейского суда (международного коммерческого арбитража), принятых на территории Российской Федерации ("место арбитража", "место третейского разбирательства");

- о признании и исполнении решений иностранных третейских судов ("иностранных арбитражных решений").

За основу согласования принимались синхронизированные положения Нью-Йоркской конвенции и Типового закона ЮНСИТРАЛ "О международном торговом арбитраже", принятые за основу Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже".

Во-первых, так же как и при разработке названного типового закона, в процессе работы над новыми российскими процессуальными законами было принято решение установить одинаковые основания как для отмены, так и для отказа в принудительном исполнении решений:

- третейского суда;

- международного коммерческого арбитража.

Основания для отмены (отказа в принудительном исполнении решений третейских судов), установленные в Федеральном законе "О третейских судах в Российской Федерации", имеют лишь некоторые непринципиальные различия по отношению к основаниям для отмены (отказа в признании и исполнении решений) международных коммерческих арбитражей (иностранных арбитражных решений).

Такой подход имеет основополагающее значение и призван содействовать развитию международного коммерческого арбитража (третейского разбирательства) за счет повышения его предсказуемости и непродолжительности, а также установления гармоничной системы исчерпывающего перечня оснований для отмены арбитражных решений и отказа в их исполнении. Теоретической базой приведенного подхода является трактовка отмены и отказа в исполнении решения третейского суда как способов защиты стороны, против которой вынесено решение третейского суда. Такова и правовая позиция Конституционного Суда РФ по этому вопросу, сформулированная применительно к основаниям для отмены (отказа в признании и исполнении решений) международного коммерческого арбитража: "...не только ходатайство об отмене, но и ходатайство об исполнении арбитражного решения как способы реализации заинтересованными лицами права на судебную защиту могут повлечь аннулирование решения. При этом перечни оснований для отмены арбитражного решения (пункт 2 статьи 34) и для отказа в признании и приведении его в исполнение (статья 36), по существу, совпадают...".

Во-вторых, "отмена" ("setting aside") - единственный способ ("recourse") оспаривания решений третейских судов и международных коммерческих арбитражей, допускаемый по ограниченному кругу оснований. Такие основания отличаются от оснований "обычного" инстанционного пересмотра решений государственных судов.

В-третьих, не допускается оценка государственным судом "существа решения третейского суда" при рассмотрении заявлений об отмене (исполнении) такого решения.

Одна лишь ошибка в применении "простых" норм права, даже в тех случаях, когда она имеет решающее значение для исхода дела, никогда не может послужить основанием для отмены решения третейского суда. Это тот риск, который стороны принимают, когда они договариваются о третейском разбирательстве и соглашаются с принципом окончательности решений третейского суда.

В-четвертых, применен симметричный подход к распределению бремени доказывания между сторонами по данной категории дел.

В производстве по делам об отмене решения третейского суда - сторона, которая является заявителем, должна представить доказательства обоснованности своего заявления об отмене. В производстве по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, а также в производстве по делам о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений заявитель - сторона, в пользу которой вынесено решение. Возложение обязанности по доказыванию на эту сторону не допускается. Она должна представить только:

- документы, подтверждающие наличие третейского соглашения;

- решение третейского суда (в подлиннике или в копии). Обязанность по доказыванию наличия оснований для отказа в признании и исполнении решения третейского суда несет сторона, против которой вынесено решение.

В ряде случаев имеются различия между положениями АПК РФ, положениями Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" и Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже". Можно выделить 2 основных вида таких различий:

- обусловленные изменениями подведомственности заявлений об отмене (признании и исполнении) решений международного коммерческого арбитража, а также иностранных арбитражных решений по спорам, подведомственным российским арбитражным судам. В таких случаях положения ранее принятых федеральных законов, а также Указа Президиума Верховного Совета РФ от 21.06.1988 г. N 9131-XI "О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей" "применяются в части, не противоречащей" АПК РФ;

- вызванные отсутствием в АПК РФ положений по вопросам, урегулированным в федеральных законах о третейском разбирательстве (международном коммерческом арбитраже). В подобных ситуациях положения специальных законов могли бы применяться как не противоречащие АПК РФ и его дополняющие.

Подведомственность заявлений об отмене и исполнении решений третейских судов, международных коммерческих арбитражей, иностранных арбитражных решений производна от подведомственности арбитражным судам экономических споров и других дел, связанных с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. При этом вопрос о подведомственности может стать предметом доказывания в производстве по делам об отмене (исполнении) решений третейских судов.

По подведомственным им спорам арбитражные суды РФ обладают исключительной компетенций рассматривать заявления об отмене решений третейских судов на территории Российской Федерации. Это правило применяется в случаях, когда территория Российской Федерации является или признается "местом третейского разбирательства (арбитража)" - "местом вынесения решения" третейского суда (международного коммерческого арбитража). Критерий "места третейского разбирательства (арбитража)" использован и для определения территориальной подсудности заявлений об отмене решений третейских судов (международных коммерческих арбитражей) арбитражному суду субъекта РФ.

В настоящее время нет правовых оснований для применения ч. 5 ст. 230 АПК РФ. Согласно этой статье "в предусмотренных международным договором случаях" в соответствии с § 1 гл. 30 АПК РФ в арбитражных судах РФ "может быть оспорено иностранное арбитражное решение, при принятии которого применены нормы законодательства Российской Федерации, путем подачи заявления об отмене такого решения в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства должника, если место нахождения или место жительства должника неизвестно, по месту нахождения имущества должника - стороны третейского разбирательства".

Во-первых, под "законодательством" в данном случае должно пониматься "право, которое регулировало процесс арбитражного разбирательства, а не материальное право, применявшееся арбитражным (третейским) судом при разрешении спора".

Во-вторых, приведенное положение не соответствует современной тенденции определения подсудности таких заявлений с использованием критерия "места третейского разбирательства (арбитража)".

В-третьих, нелогично определение подсудности заявлений об отмене иностранного арбитражного решения "по месту нахождения должника", поскольку подающей заявление стороной может быть и кредитор. Кроме того, "российское законодательство" может быть избрано сторонами либо определено третейским судом в качестве применимого права и по спору между двумя нероссийскими организациями. И наконец, должником может оказаться иностранная организация.

В-четвертых, нет ни одного международного договора, предусматривающего возможность отмены иностранного арбитражного решения государственным судом другого государства.

Не может считаться основанием для отмены иностранного арбитражного решения государственным судом РФ положение ст. V (I) (е) Нью-Йоркской конвенции. Согласно этому положению в признании и приведении в исполнение арбитражного решения может быть отказано по просьбе той стороны, против которой оно направлено. Для этого заявляющая такую просьбу сторона должна представить компетентной власти по месту, где испрашивается признание и приведение в исполнение, доказательства того, что "решение еще не стало окончательным для Сторон или было отменено или приостановлено исполнением компетентной властью той страны, где оно вынесено, или страны, закон которой применяется".

Использованный в ст. V (I) (е) Нью-Йоркской конвенции оборот "или в соответствии с правом которой было вынесено арбитражное решение" имеет известную историю и основанное на ней широко распространенное толкование. Этот оборот был дополнительно включен в текст ст. V Нью-Йоркской конвенции по настоянию Германии и Франции. Действовавшие в то время в этих странах процессуальные кодексы, частью которых были главы (разделы) о третейском разбирательстве, допускали соглашения сторон о третейском разбирательстве на территории одного государства с применением законодательства о третейском суде другого (иностранного) государства. Формулировка ст. V (I) (е) Нью-Йоркской конвенции была предназначена для изменения национальности арбитражного решения именно в целях предотвращения рассмотрения ходатайств об отмене такого решения в государстве, процессуальный закон которого не применялся при определении правил арбитражного разбирательства.

Впоследствии с принятием нового законодательства о третейском разбирательстве во Франции (1981 г.) и в Германии (1998 г.) от такого "территориального критерия" отказались. В настоящее время в обоих государствах единственным критерием для определения подсудности заявлений об отмене решений третейских судов является "место арбитража".

В современный период законодательство Германии следует "территориальному принципу" (territoriality principle). Статья 1025 (1) книги X германского Устава гражданского судопроизводства устанавливает, что новое "арбитражное право" подлежит применению ко всем третейским разбирательствам на территории Германии. Это положение означает отказ от так называемой процессуальной теории, которой ранее придерживалась правовая доктрина в Германии в целях определения национальности решения третейского суда. Согласно этой теории решение третейского суда было "немецким", если оно было вынесено в соответствии с законом Германии о третейском суде (german arbitration law), даже если территория Германии не была "местом третейского разбирательства (арбитража)". "Процессуальная теория" была сопряжена с риском возникновения "позитивного" конфликта компетенции между судами. Суды Германии, так же как и суды государства, на территории которого имело место третейское разбирательство, могли признать наличие у них компетенции по отмене решения третейского суда.

Судебная практика применения ст. V (I) (е) Нью-Йоркской конвенции также не предоставляет аргументов в пользу ее толкования, как допускающего возможность рассмотрения заявлений об отмене решений третейских судов государственными судами тех стран, материальное право (законодательство) которых являлось применимым к существу спора.

За первые 25 лет применения Нью-Йоркской конвенции в мире не было выявлено ни одного случая применения ст. V (I) (е) этой конвенции в связи с тем, что заявление об отмене арбитражного решения подано в суд государства, "в соответствии с правом которого" было принято арбитражное решение.

В последующие годы были отдельные случаи, когда не удовлетворенные исходом третейского разбирательства стороны обращались с ходатайством об отмене решений иностранного третейского суда в государственный суд той страны, чье материальное право применялось при рассмотрении спора по существу.

Так, в 1990 г. американская компания, возражая в суде штата Нью-Йорк против приведения в исполнение вынесенного в Мексике в пользу аргентинской компании решения третейского суда с применением американского материального права, ходатайствовала об отмене этого решения. Американский судья отказал в удовлетворении ходатайства американской компании, указав, что "поскольку местом проведения третейского разбирательства была Мексика, а применимым процессуальным законом - мексиканский, только мексиканский суд в соответствии с Конвенцией (Нью-Йоркской. - Примеч. авт.) имеет право отменить такое решение".

Еще один аналогичный пример дала российская правоприменительная практика.

В 2000-2001 гг. Московский городской суд и Верховный Суд РФ отказали в удовлетворении ходатайства об отмене вынесенного в пользу иностранной организации (истца) решения Лондонского международного третейского суда от 19.11.1999 г., в котором заявитель ссылался на положение ст. V (I) (е) Нью-Йоркской конвенции как на основание для отмены иностранного арбитражного решения, вынесенного с применением российского материального права. При этом правильно отмечалось, что "суды Российской Федерации не обладают компетенцией по отмене решения международного арбитражного суда (третейского суда) другого государства; они только вправе отказать в признании и приведении в исполнение на территории Российской Федерации таких решений...". Указание в приведенном положении названной конвенции на возможность отказа в признании и приведении в исполнение арбитражного решения, если оно отменено компетентной властью страны, закон которой применяется, само по себе не дает основания для суда РФ рассматривать и разрешать ходатайство об отмене решения иностранного третейского суда.

Еще одним примером в этом ряду стало постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.03.2004 г. N 15359/03, в котором также был дан отрицательный ответ на вопрос о наличии у российского государственного арбитражного суда права отменять иностранное арбитражное решение.

Для определения подсудности таких заявлений, по сути дела, использовано общее правило определения территориальной подсудности - по месту нахождения ответчика ("должника").

Заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение вынесенного на территории Российской Федерации решения третейского суда подается в арбитражный суд субъекта РФ по месту нахождения или месту жительства должника либо, если место нахождения или место жительства неизвестно, по месту нахождения имущества должника - стороны третейского разбирательства (ч. 3 ст. 236 АПК РФ).

Положение ч. 3 ст. 236 АПК РФ требует согласованного применения с положением ч. 8 ст. 38 АПК РФ. В соответствии с последним рассмотрение заявлений "об оспаривании решений третейского суда и о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда" отнесены к исключительной компетенции арбитражного суда, на территории которого принято решение третейского суда. Судебная практика, отчасти, идет по пути, предложенному в комментарии к АПК РФ, написанному сформированным Высшим Арбитражным Судом РФ авторским коллективом: "Правилом о подсудности, предусмотренным в ч. 8 ст. 38 Кодекса, следует руководствоваться в случаях одновременного обращения с заявлениями об оспаривании решения третейского суда и о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда либо когда заявление о выдаче исполнительного листа подается в арбитражный суд после принятия к его рассмотрению заявления об отмене того же решения третейского суда. В теории такую подсудность называют подсудностью по связи дел". В остальных случаях применяются правила ч. 3 ст. 236 АПК РФ.

Заявление о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения подается "взыскателем" - стороной третейского разбирательства, в пользу которой состоялось решение, только в арбитражный суд субъекта РФ по месту нахождения или месту жительства должника либо, если место жительства неизвестно, по месту нахождения имущества должника (ч. 1 ст. 242 АПК РФ).

 






Дата добавления: 2016-07-22; просмотров: 1383; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

Воспользовавшись поиском можно найти нужную информацию на сайте.

Поделитесь с друзьями:

Считаете данную информацию полезной, тогда расскажите друзьям в соц. сетях.
Poznayka.org - Познайка.Орг - 2016-2022 год. Материал предоставляется для ознакомительных и учебных целей.
Генерация страницы за: 0.041 сек.