Методологические основы и проблемы современной историко-правовой науки

Перед каждым начинающим изучать историю всегда возникают весьма не простые вопросы: в чем социальная ценность исторического знания? Какая польза от науки, обращенной в прошлое, уводящей в прошлое, напоминающей о прошлом, прошлое человеческого общества имеющей предметом своего изучения?

Интегральных концепций истории (в том числе и Истории права) было несколько: античная натурфилософия; христианский провиденциализм (томизм); философия истории (права); романтическая история народов; философский и социологический позитивизм; марксистско-ленинская теория общественно-экономических формаций; история цивилизаций школы "Анналов"; модернизм; постмодернизм; синергетика т.д.

Но кратко можно ответить так: прошлое ― «наш собственный мир», ибо без него нет настоящего. Нет ничего сущего, что не имело бы своей предыдущей истории. Иначе мы каждый день начинали заново, повторяя каждый раз, то, что делали вчера[1].

Н.М. Карамзин достаточно обоснованно, ярко и оптимистично показал необходимость истории, являющейся в некотором смысле священной книгой народов, главной, необходимой; зерцалом их бытия и деятельности; скрижалью откровений и правил; заветом предков к потомству; дополнением, изъяснением настоящего и примером будущего[2].

Эти ответы и рассуждения будут правильными, но очевидность истины не всегда убедительна, а скептиков, отказывающих истории в полезности и социальной оправданности, немало. Тем более, что среди скептиков ― Гегель и Ницше, Вольтер и Декарт, Поль Валери и Жан Жак Руссо и др.

Историк реконструирует прошлое на основе не столько установления последовательности событий, сколько проникновения в то, что стоит за ними,― в сознание исторических деятелей.

С таких же позиций рассматривал познание истории и Б. Кроче. Прошлое познается исходя из настоящего и оживает только в настоящем: «Вся история есть современная история, история современности», и лишь в этом смысле она является научной»[3].

Однако здесь тоже есть проблема. Часто подход историков к одним и тем же явлениям разнообразен. «Заприте десять историков в комнате (или в камере), дайте им один и тот же набор источников, и они обязательно придут к десяти различным выводам», - писал М. Гилдерхус[4].

Ответ следует искать и в особой природе исторического факта, суть которого составляют объективно существующие события, процессы, явления как таковые в определенных пространственно-временных рамках. Его содержание не зависит от толкования. Оно инвариантно.

Структура исторического факта может быть представлена следующим образом: исторический факт, как реальность прошлого; исторический факт, как реальность прошлого, отраженная в источниках; исторический факт, как результат научной интерпретации реальности прошлого, отраженной в источниках.

Прошлое доходит до нас в определенных формах, о нем напоминающих. Эти формы обычно и называют историческими источниками.

Одни источники представляют собой часть отошедшей в прошлое реальности, ее реликты (орудия труда, монеты, археологические памятники, культовые здания, грамоты, хартии, соглашения и т.п.). Другие сообщают о прошлом, описывая, оценивая, изображая его (летописи, документы, хроники, художественные произведения, воспоминания, дневники, наставления и пр.).

Они представляет собой форму отражения объективного мира, эпох, стран и народов в их реальном историческом бытии. В этом смысле исторические источники могут рассматриваться как основа познания исторической действительности, дающая возможность реконструировать события и явления социальной жизни прошлого.

Чтобы извлечь нужную информацию из источника, субъективно отражающего объективный мир, историку, прежде всего, нужно определить подлинность источников, находящихся в распоряжении историка. Это требует от него чрезвычайно высокой квалификации.

Но подлинность источника не гарантирует его достоверности. Зачастую в поисках правды историку приходится проделывать скрупулезную работу, выявляя всю совокупность факторов, влиявших на достоверность сообщаемых источниками сведений. Он должен ясно представлять себе обстоятельства появления источника, личные, политические, сословные, религиозные, партийные пристрастия его создателя.

Всё это важно для установления истины, без этого не пробиться к объективной основе сообщений источника о событиях.

Язык исторической науки чрезвычайно специфичен. С известной долей условности можно выделить три «ключа» современной истории[5].

Во-первых, это термины и понятия письменных (преимущественно) источников. Любой источник дает множество частных понятий, обязывающих историка установить их смысл, сферу применения и границы использования.

Вот, например, краткий перечень терминов, употребленных всего в нескольких главах «Салической правды» начала VI в.: рейпус, вилла, тунгин, центенарий, малюс, аффатомия, рахинбург, аллод, граф, саце-барон, королевский сотрапезник, трибутарий, посессор...

Во-вторых, это термины и понятия, вырабатываемые в историографии для упорядочения, систематизации разнородного эмпирического материала.

Широта обобщения может быть различной: от понятий восточной деспотии, сословного представительства, абсолютизма, ранней тирании, принципата, промышленного переворота до категорий средневековья, феодализма, цивилизации.

Наконец, в-третьих, это понятия и категории, на высоком уровне абстракции, формируемые иными социально-гуманитарными науками: социологией, философией, антропологией, правоведением, культурологией.

Словарь истории богат понятиями, которые призваны закрепить результаты анализа, классификации, интерпретации и синтеза эмпирического материала и отразить достигнутое понимание сути изучаемых явлений.

Исследуя вполне конкретное общество, историк оперирует данным понятием, имея в виду его многозначность и придерживаясь одного из определений его смысла.

Историография XX-XXI вв. по духу ― концептуальна. В основе разграничения ее направлений и школ ― фундаментальные историософские различия, различия исходных принципов понимания и объяснения исторического процесса.

Формационная теория исторического процесса.Отечественная историография 20―80-х гг. XX столетия являлась марксистской, она опиралась на методологию, детально разработанную во второй половине XIX в. К. Марксоми дополненную Ф. Энгельсом.

Важнейшим постулатом марксистской методологии истории может быть признана идея, согласно которой экономические потребности людей независимо от их воли и желания, в конечном счете, определяют тенденции социального развития, что экономика детерминирует социально-исторический процесс.

Марксисты (В.И. Ленин, И.В. Сталин и др.) выделял пять формационных типов: первобытнообщинный, рабовладельческий, феодальный, буржуазный, коммунистический. Кроме того, им признавалось также существование так называемого «азиатского способа производства».

Можно выделить две важнейшие характеристики марксистского видения исторического процесса:

во-первых, это взгляд на общество как на сложную систему находящихся в непрерывном взаимодействии элементов, систему подвижную, закономерно развивающуюся в пространстве и времени;

во-вторых, это обоснование возможности объяснения и анализа общества на основе детерминистского принципа «выведения» всей структуры социальных отношений из отношений собственности, производства, распределения, обмена и потребления материальных благ.

По мнению многих историков различных школ и направлений, принцип системного анализа общества, предложенный марксистской теорией, был одним из важнейших ее достижений, ее вкладом в развитие теории исторического процесса.

Что касается экономического детерминизма, то он отвергается многими исследователями как ведущий к упрощению реальной многомерной действительности и придающий самой теории элементы теологизма.

История многих народов и регионов твердо не подтверждает гипотезу о всеобщем, универсальном характере исторического процесса как процесса смены общественно-экономических формаций.

В 20―30-е гг, XX в. начала свои «бои за историю» и школа «Анналов», стоявшая у истоков того, что принято сегодня называть «новой исторической наукой». Может быть более-менее точно суть этой концепции выразил Л. Февр: «Экономической и социальной истории не существует. Существует история как таковая, во всей своей целостности, история, которая является социальной в силу самой своей природы».

Ключевыми и наиболее известными из них, бесспорно, должны быть признаны понятия «большой длительности» и «ментальности».

Можно вычленить некоторые характерные черты видения истории, присущие историкам «новой исторической науки».

Во-первых, признание и обоснование эффективности системного анализа общества, т.е. рассмотрение его по частям (элементам).

Во-вторых, внимание к объективным процессам, происходящим на разных уровнях социального целого в различных временных потоках, включенных в «большую длительность» существования непрерывных и преемственных структур.

В-третьих, отрицание детерминизма и понимание истории как сложного функционального взаимодействия многих систем, процессов и компонентов исторической реальности прошлого.

В-четвертых, подчеркнутое осуждение «событийной истории», констатация невозможности «увидеть» действительность прошлого сквозь призму в хронологической последовательности расположенных событий истории.

В-пятых, выдвижение концепции «тотальной», или «глобальной», истории, синтезирующей структуры, процессы, их взаимодействия в единую целостность исторической реальности.

Достижения «новой исторической науки» впечатляют: написаны история смерти, история климата, история представлений о времени и пространстве, история детства, история отношения к женщине, история семьи и брака.

Вместе с тем, отказ от «событийной истории», переключив внимание на объективные структуры и процессы, создал тип «социально и ментально обезличенного «массового человека», целиком и полностью сформированного временем, а не формирующего историческое время» (М.А. Барг).

Идея цивилизационного анализа, бесспорно, возникла во второй половине ХХ в. Цивилизационный подход направлен на исследование общества во всем многообразии проявлений его жизни и существования ― многообразии действия субъективных факторов его развития.

Идею единства истории, подробно обосновал Августин, епископ Гиппонский в трактате «О граде Божьем». Единство человеческой истории, движущейся между крайними полюсами творения и второго пришествия,― это единство Божественной воли, воплощающейся в созданном ею человечестве.

Итальянский мыслитель Джамбаттиста Вико(1668―1744) решающим фактором единства человеческой истории признавал Божественное провидение. Он обосновывал иной взгляд на течение исторического процесса: история движется по кругу, и каждый народ проходит стадии, или эпохи, смена которых определяется принципами их внутреннего развития.

Первая эпоха ― «век богов», когда люди убеждены в том, что события их жизни непосредственно определяются волей божеств и эта воля передается через отцов семейств, патриархов.

Вторая эпоха ― «век героев», время господства аристократии, убежденной в своем естественном превосходстве и праве повелевать.

Третья эпоха ― «век людей», «век человеческий»: люди признают себя равными в их естественной природе и учреждают сначала демократическое, а затем монархическое правление.

В каждой эпохе Дж. Вико видел определенную целостность, воплощавшую специфический комплекс форм правления, языка, культуры, права, человеческих типов. «Век богов» сменяется «веком героев», «век героев» ― «веком людей», но это ― не линейное движение, ибо «век людей» порождает «новое варварство», утрачивает жизненную силу, приходит в упадок и гибнет ― с тем, чтобы вновь повторить этот вечный цикл, непрестанное круговращение.

Иначе развивалась идея единства всемирной истории в «философствующей истории» мыслителей Просвещения. Здесь три момента обращают на себя внимание:

во-первых, движение истории рассматривалось как прогресс, как смена низших форм высшими. Мерилом прогресса служило развитие науки, культуры и просвещения;

во-вторых, понимание провиденциализма как Божественного произвола было отвергнуто. Теологическое обоснование единства человеческой истории уступило место рационалистическому;

в-третьих, основным фактором этого единства философы Просвещения считали неизменность и универсальность человеческой природы.

По Гегелю, подлинной основой единства всемирной истории является Абсолютная Идея, «Мировой Дух», развитие которого, порождая историю, передает ей качества прогрессивного и закономерного процесса.

Все эти элементы в равной степени были присущи и историософии К. Маркса. Своеобразие же марксистского видения всемирной истории состояло в том, что подлинной основой ее единства было признано единство материального мира, понимаемое, в первую очередь, как единство свойственных всем народам определенных способов производства.

Первая половина XX в. дала две крупные, построенные на этих принципах философские концепции, приобретшие известность,― концепции О. Шпенглераи А. Тойнби. Ещё раньше в России увидела свет книга Н.Я. Данилевского «Россия и Европа», близкая по духу к этой, быть может, самой сенсационной историософской системе XX столетия.

Повторяемость событий и персонажей истории может быть понята, по мнению О. Шпенглера, только при условии признания того, что всемирная история представляет собой не линейный, преемственный и прогрессивный процесс, а ряд независимых один от другого циклов.

Каждый из таких циклов характеризует развитие замкнутых, не пересекающихся, уникальных культур. Таких культур О. Шпенглер насчитывал восемь: индийскую, вавилонскую, китайскую, египетскую, грекоримскую, арабо-византийскую, западноевропейскую, а также культуру майя.

Внимание ученого было сосредоточено на анализе главным образом греко-римской, арабо-византийской и западноевропейской культур.

А. Тойнби, издавая в 1934 г. первые три тома монументального «Постижения истории», во многих своих оценках был близок к О. Шпенглеру. «Тезис о единстве цивилизации является ложной концепцией»,― полагал он, считая, что открытые им 21 цивилизация развиваются независимо одна от другой по общим законам, свойственным их рождению, росту, надлому, распаду и гибели.

Он подчеркивал, что развивающиеся цивилизации (их число увеличилось до более чем трех десятков) порождают на определенном этапе ― этапе надлома ― универсальные государства и высшие религии.

К. Ясперс связывал единство человеческой истории с введенной им категорией «осевого времени» (середина I тыс. до н.э.) и основными ее факторами считал «безграничную открытость будущего и краткость начала: мы только начинаем».

Современная историческая наука не отстранилась от диалектико-материалистического метода, рассматривает общественное развитие как естественно-исторический процесс, который определяется объективными закономерностями и вместе с тем находится под воздействием субъективного фактора посредством деятельности масс, классов, политических партий, лидеров.

В последнее двадцатилетие создана универсальная парадигма (модель, концепция) процессов изменений в природе и обществе - синергетика. За ней - мир непрерывно изменяется и эволюционирует по нелинейными законами, которые к тому же не имеют жесткой детерминации. Действуют универсальные механизмы самоорганизации как живых, так и неживых структур, которые подчиняются одним и тем же законам нелинейного характера.

Следует отметить, что в развитие современной исторической отечественной науки весомый вклад вносят представители идеалистической методологии, учёные теологи Русской Православной Церкви.

Так в исторических трудах покойного митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна “Русь соборная (очерки христианской государственности)”, “Одоление смуты” глубоко раскрываются духовные основы нашего Отечества.

В современной исторической и историко-правовой науке находит широкое распространение методология многотеоретического исследования исторических фактов и явлений. Этот аспект достаточно подробно освещается в книге «История России. Теории изучения» под редакцией профессора Б.В. Личмана.

Авторы по предметам изучения выделяются три теории изучения исторических явлений: религиозно-историческая, всемирно-историческая, локально-историческая.

В религиозно-исторической теориипредметом изучения является движение человека к Богу, связь человека с Высшим разумом, Творцом — Богом. Суть всех религий состоит в понимании кратковременности существования материального — тела человека и Вечности души.

В рамках религиозно-исторической теории существует несколько направлений (христианство, ислам, буддизм и др.). Авторами трудов и учебников по истории России, написанных с религиозных позиций, являются А.В. Карташов, В.Д. Поспеловский и др.

Во всемирно-исторической теориипредметом изучения является общемировой прогресс человечества, позволяющий получать по возрастающей материальные блага. Во главу ставится социальная сущность человека, прогресс его сознания, позволяющий создать идеального человека и общество.

Теория особую роль отводит научной категории историческое время.

Всемирно-историческая теория проецировалась на Англию, Германию, Францию XIX века и выявляла черты становления человечества в той форме, в какой это имело место в Западной Европе. Присущий данной теории европоцентризм сокращает возможности построения картины всемирной истории, ибо не учитывает особенности развития не только иных миров (Америка, Азия, Африка), но даже так называемой европейской периферии (Восточная Европа и особенно Россия). Сложилась схема развития истории с “передовыми” и “отсталыми” народами.

В рамках всемирно-исторической теории изучения существуют направления: материалистическое, либеральное, технологическое.

Материалистическое (формационное) направление, изучая прогресс человечества, отдает в нем приоритет развитию общества, общественных отношений, связанных с формами собственности. История представляется как закономерность смены общественно-экономических формаций, на стыках которых происходят революционные изменения. Вершиной развития общества является коммунистическая формация. В основе смены формаций лежит противоречие между уровнем развития производительных сил и уровнем развития производственных отношений. Движущей силой развития общества является классовая борьба между имущими, владеющими частной собственностью (эксплуататорами), и неимущими (эксплуатируемыми), закономерно приводящая в конечном итоге к уничтожению частной собственности и построению бесклассового общества. Материалистическое направление в истории России представлено трудами и учебниками М.Н. Покровского, Б.А. Рыбакова, М.П. Кима и др.

Либеральное (модернизационное) направление, изучая прогресс–эволюцию человечества, отдает приоритет в нем развитию личности, обеспечению его индивидуальных свобод. Личность служит отправной точкой для либерального изучения истории. Либералы считают, что в истории всегда есть альтернатива развития. А сам выбор, вектор прогресса, зависит от сильной личности — героя, харизматического лидера. Если вектор прогресса истории соответствует западно-европейскому образу жизни — это путь обеспечения прав и свобод человека, а если — азиатскому, то это путь деспотии, произвола властей в отношении к личности. Либеральное направление в истории России представлено трудами и учебниками И.Н. Ионова, Р. Пайпса, Р. Верта и др.

Технологическое (модернизационное) направление, изучая прогресс человечества, отдает приоритет в нем технологическому развитию и сопутствующим изменениям в обществе.

Вехами в этом развитии являются фундаментальные открытия: появление земледелия и скотоводства, освоение металлургии железа, создание конской упряжи, изобретение механического ткацкого станка, паровой машины и т.д., а также соответствующие им политические, экономические и общественные системы. Фундаментальные открытия определяют прогресс человечества и не зависят от идеологической окраски того или иного политического режима.

Технологическое направление делит историю человечества на периоды: традиционный (аграрный), индустриальный, постиндустриальный (информационный). Эволюция распространения фундаментального открытия как в рамках одной страны, так и за ее пределами получила название модернизации. Технологическое направление в истории представлено трудами и учебниками С.А. Нефедова, В.А. Красильщикова и др.

В локально-исторической теориипредметом изучения являются локальные цивилизации. Каждая из локальных цивилизаций самобытна, слитна с природой и проходит в своем развитии стадии рождения, становления, расцвета, упадка и гибели. На смену погибшей цивилизации приходит другая цивилизация. Во главу теории ставится генетико-биологическая сущность человека и конкретной среды его обитания. Не история повторяется на новом витке развития, повторяется биологический вид – человек во времени со своими постоянными биологическими инстинктами. В Природе идет неуклонный круговорот жизненных циклов. Жизнь человека определяет среда обитания, а не прогресс. Теория особую роль отводит научной категории историческое пространство.

В рамках локально-исторической теории существует ряд направлений — славянофильство, евразийство, этногенез и др. Так, в начале ХХ века в среде российской эмиграции возникло “евразийское” направление, содержащее идею об уникальности сложившегося на стыке Европы и Азии российского общества. У российской (евразийской) локальной цивилизации, в отличие от других, “особый” путь развития. Локально-историческая теория представлена трудами и учебниками Г.В. Вернадского, Л.Н. Гумилева и др.

Объективность научного познания обеспечивается научными принципами.Таковыми являются: принцип историзма; принцип объективности; принцип социального подхода; принцип альтернативности и некоторые другие.

Только при соблюдении и сочетании всех принципов и методов познания могут быть обеспечены строгая научность и достоверность в изучении исторического прошлого.

Поэтому научная методология требует учитывать различные стороны как формационного, так и цивилизационного концептуальных подходов в изучении исторического процесса, и умело использовать их в конкретном анализе событий прошлого и современной действительности.

История государства и права (далее - ИГП) является наукой, находящейся на стыке общей истории и юриспруденции. В расширенную трактовку понятия предмета данной дисциплины включается изучение возникновения, развития, функционирования государства и права стран, оказавших наибольшее влияние на историю государственности, анализ содержания государственно-правовых процессов, развивающихся в определенном времени и пространстве, исследование присущих им причинно-следственных связей и конкретно-исторических закономерностей.

Таким путем ИГП в числе важнейших проблем изучает, в частности, возникновение и развитие прав человека и гражданина, правового государства, федерализма, разделения властей, парламентаризма, основных институтов частного и публичного права и т.д.

Необходимость познаний в области истории государства и права обусловлено более глубоким пониманием современной государственности, и способностью прогнозировать основные тенденции ее развития в будущем.

Этот тезис проистекает, прежде всего, из выявленной характерности для экономической, политической, правовой, государственной истории явления цикличности, т.е. повторения тех или иных этапов с постоянным возобновлением действия сложившихся в прошлом закономерностей и событий. Именно выявление и раскрытие как общих, так и конкретных тенденций и закономерностей в историческом развитии того или иного процесса, а в нашем случае – это государства и права, позволяет правильно оценить тенденции государственно-правовой эволюции, её перспективы и оптимальные варианты развития.

Наука истории государства и права имеет собственную историю. Как самостоятельная область научного знания она берет свое начало с конца XVIII – начала XIX вв.

Выделяют несколько историко-правовых школ. Большую роль в становлении ИГП сыграла историческая школа права в Германии (Г. Пухта, Ф. Савиньи и др.), которая вела исследования, главным образом, по истории римского и национального германского права.

На смену ей пришла позитивистская школа права, которая охватила уже более широкий круг стран и исторических эпох (Э. Лабуле и Р. Дарест – во Франции, Г. Мэн и Г. Спенсер – в Англии, А. Пост – в Германии, П.Г. Виноградов и Н.И. Кареев – в России и др.). Позитивисты переносили идею эволюции с живых существ на все предметы и явления, рассматривали структуру общества как аналогичную структуру организма.

Социологическая школа (Э. Нейкамп, О. Холмс, М.М. Ковалевский и др.) изучала ИГП на основе историко-сравнительного метода в контексте экономических и социальных отношений.

Развитие историко-правовых исследований сделало возможным введение в целом ряде университетов Западной Европы и США специальных курсов по истории национального и иностранного права, политических и правовых институтов.

В России в 1804 г. профессор МГУ П. Цветаев читал курс по «праву знатнейших древних и нынешних народов», в 1907-1908 гг. профессор В.Г. Щеглов осуществил издание курса по всеобщей истории права в нескольких выпусках.

Место историигосударства и права в системе юридических наук в главном определяют объект исследования. ИГП исследует и указывает на:

1) разнообразие первопричин образования и развития государства и права. При этом особое значение придается изменению организационно-производственной структуры общества;

2) многообразие государственно-правового развития отдельных стран. Истории известны локально сформировавшиеся общества, которые занимают определенные территории и имеют важные самобытные особенности в социально-экономическом, религиозно-культурном и государственно-правовом развитии. Соответственно, им присуща своя система ценностей, мотивов и стереотипов поведения, равно как и средств, их сохранения.

Сказанное во многом определяет тесную взаимосвязь Истории государства и права и Теории государства и права. Эти дисциплины, опираясь на научные результаты историко-юридических исследований, совместно изучают доминирующие закономерности возникновения, развития и функционирования государства и права. В итоге научно обоснованное раскрытие сути государственно-правового процесса предполагает тесное взаимодействие этих наук.

История государства и права зарубежных стран и России совместно с Теорией государства и права и Историей политических и правовых учений образуют группу теоретико-исторических наук, составляющих теоретическое, а если говорить в более широком плане, гносеологическое основание отраслевых юридических наук. Они формулируют значительную часть понятийного аппарата юриспруденции.

Всеобщая история государства и права изучает историю государственно-правовых институтов отдельных стран хронологически в рамках четырех основных периодов:

1. Истории государства и права Древнего мира – IV тыс. лет до н.э. – средина I тыс. ле6т. н.э.;

2. Истории государства и права Средних веков – V-XVII-XVIII вв;

3. Истории государства и права Нового времени – XVIII – конец XIX вв.;

4. Истории государства и права Новейшего времени XX в. – н.в.

Эта периодизация в значительной мере условная, тем не менее, в конечном итоге соответствует четырем основным эпохам развития общества, важнейшей частью, которой, являются государство и право.

Методология науки ИГП представляет собой совокупность методов и принципов научного познания, которые применяются в рамках того или иного концептуального подхода, о чем речь шла выше.

Вместе с тем, выделяются частнонаучные методы, присущих только ИГП. Их особенности заключается в следующем.

Конкретно-исторический метод заключается в рассмотрении эволюции государственно-правового устройства отдельно взятой страны на определенном отрезке времени.

Сравнительно-правовой метод заключается в сравнении особенностей развития государства и права в разных странах. Конкретные государственно-правовые явления изучаются путем синхронного (сопоставление их отдельных качеств с показателями других однотипных и одновременных явлений) и диахронного (сопоставление явлений между собой в разное время) сравнения.

Системно-структурный метод наиболее эффективен при исследовании сложных, самоуправляющихся, динамичных систем, состоящих из множества взаимодействующих элементов, которые образуют относительно устойчивую целостность. Применительно к историко-юридическим исследованиям их анализ предполагает изучение структуры элементов, присущих им взаимозависимостей (внутренних связей), а также, что особенно важно, выявление элементов, обеспечивающих целостность системы, т.е. являющихся системообразующими.

Культурологический метод предполагает обособленное изучение права и закона. Право при этом рассматривается как важнейший элемент социальной и духовной культуры общества, отражающийся в морали и религии. Следовательно, разновидность этого метода можно назвать социально-философский (этический) подход.

Формально-юридический метод заключается в изучении событий и фактов, требующих объяснения с помощью юридических терминов, логики и конструкций. Этот метод означает владение техникой обработки законодательных предписаний и других источников права. Совокупность приемов исследования юридических фактов получил название юридической догматики, а в русском правоведении конца XIX в. она называлась формально-догматическим методом.

Статистический метод используется при исследовании количественных сторон исторического процесса, когда объекту изучения присущи массовые числовые показатели. Работа с ними позволяет выявить его важные стороны: протяженность, распространенность, темпы развития и многое др.

Любой результат исследования (положительный или отрицательный) не должен абсолютизироваться. Подлинное познание сути государственно-правовых явлений достигается путем сочетания количественных исследований с качественными, которые к тому же являются определяющими и осуществляются на основе ранее названных методов.

В настоящее время статистический метод начал уступать место методам математизации истории. Математизация истории обещает в будущем новые достижения. Но она имеет свои пределы, так как далеко не все противоречивые, во многом зависящие от субъективного фактора государственно-правовые процессы укладываются в рамки математических формул.

Таким образом, только комплексный подход к исследованию предмета истории государства и права, а также применение интегративной совокупности методов исследования может привести к искомым позитивным результатам.

Литература по теме:

Гегель Г.В.Ф. Философия истории (Лекции по философии истории) // Г.В.Ф. Гегель. Соч.: В 14 т. / Пер с нем. М.; Л.: Гос. изд-во, 1929-1958. Т. 8.

Графский В.Г. Всеобщая история права и государства: Учебник для вузов. М., 2007.

Данилевский Н.Я. Россия и Европа.― М., 1991.

История государства и права зарубежных стран: Учебник / Под общ. ред. О.И. Жидкова, Н.А. Крашенинниковой. В 2-х ч. М., 2010.

Карамзин Н.М. История Государства Российского. Полное издание в одном томе. М.: Альфа-Книга, 2009.

Тойнби А. Постижение истории.― М., 1991.

Черниловский З.Г. Всеобщая история государства и права. Учебник. М.: ТК Велби, 2002.

Шпенглер О. Закат Европы.― М., 1993.

Ясперс К. Смысл и назначение истории.― М., 1991.

Вопросы для самопроверки

1. В чем заключаются проблемы ценности истории?

2. Какова роль исторических образов, фактов и источников в историко-правовой науке?

3. Раскройте основные историко-правовые понятия?

4. Какие теории исторического процесса Вы знаете, в чем их сущность?.

5. В чем проявляется единство всемирной истории?

6. Раскройте принципы современной историко-правовой науки?

7. В чем заключается особенность периодизации истории государства и права?

 

§2. Дискуссионные вопросы возникновение, становления и развития государства и права как социальных феноменов

В своем возникновении представления о государстве повсюду у древних народов на Востоке и на Западе восходит к мифологическим историкам и оперирует мифологическими представлениями о месте человека в мире.

Первые концептуально оформленные образы государства связываются с трудами античных мыслителей. Наиболее четко и полно сформулировавшим понятие государства традиционно считается Аристотель, который рассматривал государство как некое множество определенным способом интегрированных и общающихся между собой людей - политическое общение. Мыслитель воспринимал государство как коллективность особого рода, возникшую ради потребности жизни, но существующую как самодовлеющее состояние ради достижения жизни благой.

В своем развитии теория и практика государственно-правового строительства прошла несколько этапов развития: государство и право Древнего мира, Средних веков, Нового и Новейшего времени. В основе данной периодизации – движение человеческого общества и его организации от низших форм развития к высшим.

Особенности исторического и цивилизационного развития стран Древнего мира. Термин «Древний мир» традиционно применяется к таким странам, как Древний Египет, Вавилон, Древний Китай и Древнюю Индию, получивших название «Древний Восток», и Древнюю Грецию, Древний Рим, определяемых как Античный мир.

В Древневосточном мире сложились благоприятные условия для появления первых государственных образований. Среди них можно отметить: оптимальную экологическую среду (субтропический климат, с жарким сухим летом и мягкой зимой); наличие бассейнов великих рек (Нил, Тигр и Евфрат, Инд и Ганг, Хуанхэ), образующих районы с плодородной, орошаемой почвой. Но накопление избыточного продукта было возмож-ным только при создании единой ирригационной системы, что требовало объединения усилий для коллективного освоения земель.

Необходимость консолидации усилий общин усложнило управленческие функции и привело к созданию надобщинных структур, оказало существенное влияние на формирование особого менталитета народа.

Трансформация древневосточной родоплеменной организации в про-тогосударство происходит в IV – III тысячелетии до н.э. Их особенностью было то, что они возникали как группа общинных поселений, объединенных вокруг царско-храмового хозяйства. Постепенно эти объединения консолидировались, по воле сильнейшего из них, в крупные централизованные государства во главе с обожествляемым правителем, наделенным авторитарной, часто деспотической властью.

Мощным интегрирующим началом в древневосточных странах выступали завоевательные походы. Они часто ускоряли процесс централизации госуда






Дата добавления: 2021-12-14; просмотров: 32; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

Воспользовавшись поиском можно найти нужную информацию на сайте.

Поделитесь с друзьями:

Считаете данную информацию полезной, тогда расскажите друзьям в соц. сетях.
Poznayka.org - Познайка.Орг - 2016-2022 год. Материал предоставляется для ознакомительных и учебных целей.
Генерация страницы за: 0.169 сек.