Ассирийское общество и государство

Общественный быт коренных городов Ассирии лучше всего характеризует дошедший до нас текст так называемых среднеассирийских законов (2-я пол. II тыс. до н. э.), регулировавших жизнь ашшурской городской общины. Законы отражают архаичный общинный уклад и суровый нрав своих создателей. Это самый жестокий из всех древневосточных кодексов: он очень часто предусматривает тяжелые наказания (в том числе фактически равносильное порой смертной казни наказание сотней ударов палкой) и устанавливает крайнее бесправие женщин.

Основной ячейкой общины являлась патриархальная семья с полной властью мужчины над женщиной; в частности, мужу разрешалось по своему произволу подвергать жену калечащим наказаниям. На жену распространялась ответственность за долги и преступления мужа. Измена жены почти всегда каралась смертной казнью.

Община являлась реальным собственником земли. Она периодически производила ее переделы между общинниками и жестко контролировала дозволенную куплю-продажу земли внутри общины. Существовало весьма тяжелое долговое рабство и изъятие земель за долги (ссуду выдавали под залог поля, дома или членов семьи, и если долг не возвращали в срок, заложник переходил в полную собственность кредитора, который мог поступать с ним по своему произволу – «бить, выщипывать волосы, бить по ушам и просверлить их» и даже продать за пределы Ассирии). Таким образом, ашшурские законы, в отличие от Законов Хаммурапи, не пытались ограничить деятельность ростовщиков, а, наоборот, поддерживали их. В новоассирийский период общинный контроль над куплей-продажей земли исчез, так что возможности частной эксплуатации, отчуждения и концентрации земли резко возросли.

Общинная ашшурская элита состояла из функционеров общинных органов управления и владельцев больших торговых предприятий (которые часто и занимали должности в этих органах). Все они были обычно крупными землевладельцами. В хозяйствах элиты эксплуатировались в основном рабы. Особняком стоял градоправитель-ишшиаккум (позднее царь) с собственным бюрократическим аппаратом и воинством, а также столичный храм Ашшура. Они существовали на налоги, в том числе взимаемые со столичной общины. Значительная часть жречества и служилых и, разумеется, правитель сами были членами столичной общины и имели в ней соответствующие земельные наделы. При этом высшее жречество Ашшура было особенно тесно связано со столичной общиной и фактически представляло собой продолжение ее верхушки.

Когда же Ашшур в XIV в. до н. э. превратился в крупную державу, почти все присоединенные к нему области составили фонд государственной (царской) земли. Их обитатели не имели общинной самостоятельности, управлялись чиновниками, находились в неограниченной власти правителя и платили ему подати. Таким образом, для автономных городов Ассирии (а в их число, кроме Ашшура, входили некоторые присоединенные города) царь был весьма ограниченным по своей компетенции правителем, зато для составивших сектор «царских людей» жителей завоеванных стран – абсолютным владыкой. На подати, вносимые ими, царь мог содержать огромную военно-административную верхушку, верхние эшелоны которой по-прежнему комплектовались выходцами из коренных автономных ассирийских городов.

Таким образом, в Ассирии действовала социально-экономическая модель, близкая к той, что существовала в Касситской Вавилонии. При этом никаких пожалований ассирийские цари не выдавали (служилые люди независимо от должности почти всегда сидели на прямом государственном обеспечении), так что частновладельческие отношения свободно развивались только в автономных городах. Если в царском секторе почти безраздельно доминировала «долевая» эксплуатация мелких землепользователей (которые вели свое хозяйство, отдавали государству часть произведенной продукции и жили на ее остаток), то в крупных частных владениях применялся рабский труд (наряду с трудом арендаторов).

Взаимоотношения государства и коренных автономных городов были непростыми. В отличие от Вавилонии, в Ассирии с них в течение долгого времени взимался налог, и цари по возможности стремились подчинить их самоуправление своей власти. Однако государство интересовала только налогово-административная сфера автономных городов. На развитие там частной эксплуатации цари внимания не обращали, так что в Ассирии еще под контролем царей в общинно-городском секторе развивалась самая безудержная частная эксплуатация, и множество рядовых членов общин, разорившись, превращалось в рабов или зависимых людей.

В Среднеассирийский период сформировались основные особенности Ассирийской державы, главная из них – двойственность в положении царей. Достаточно ограниченная власть царя над коренными ассирийскими городами при полновластии над завоеванными территориями побуждала царей строить себе новые военно-служилые столицы, отрываясь от ашшурской общины (впрочем, Ашшур всегда сохранял значение священной столицы державы). Между царями и гражданскими общинами автономных городов, прежде всего столичной, нередко возникали конфликты, вплоть до мятежей общин и низвержения царей. Впоследствии, в VIII в. до н. э., все это побудило царей сделать главной опорой своей власти не коренные города, а оторвавшуюся от общинных традиций служилую массу, в основном из покоренных народов. Это укрепляло царскую власть, но в итоге приводило к формированию «денационализированного» самодовлеющего государства, оторванного от своей базы и этим слабого.

Ассирийская держава в первые века своего существования являлась плодом попытки ашшурской гражданской общины и сформировавшегося при ней царского военно-служилого двора захватить власть над большей частью Передней Азии. Непомерность этой задачи по сравнению с ограниченными ресурсами коренной Ассирии заставляла царей компенсировать эту слабость крайне напряженной военной деятельностью и устрашением соседей, но часто не позволяла им стабильно и прочно властвовать над завоеванными областями. Поэтому для Ассирии типична непрерывная военная экспансия и постоянная борьба с восстаниями покоренных народов.

Этим объясняется и беспрецедентная жестокость ассирийцев при завоеваниях и карательных походах (в частности, применялись массовые пытки и казни, полное разрушение городов и селений, а с VIII в. до н. э. и политика «вырывания с корнем» – депортации огромных масс населения в другие районы страны). Война в древности вообще была куда более жестокой, чем в последующие эпохи, но ассирийцы в этом отношении резко превзошли общий уровень жестокости своего времени: людей тысячами сажали на кол и ослепляли, с них заживо сдирали кожу, отрубали руки и ноги. Вот примеры обычных победных формул ассирийских царей: «Я окружил, я завоевал, я сокрушил, я разрушил, я снес, я сжег огнем и превратил в пустыри и развалины».

Ассирийские цари вели войны с небывалой энергией, упорством и неукротимостью. Они проводили в походах больше времени, чем любые другие правители Ближнего Востока, и нередко старались каждый год начинать новую военную кампанию, причем считали своим долгом лично командовать войском. В результате Ассирийская империя существовала в характерном «пульсирующем» ритме: правление каждого царя обычно начиналось с подавления мятежей, вызванных смертью его предшественника. Затем царь пытался совершить новые завоевания. С его смертью часть присоединенных им земель тут же отпадала, и все повторялось снова, так что одни и те же территории ассирийцам приходилось покорять по многу раз. В целом масштаб ассирийских завоеваний медленно, но неуклонно расширялся, и росла площадь окончательно покоренной территории. С начала IX в. до н. э. из ассирийского подчинения уже никогда не выходила Верхняя Месопотамия, с конца VIII в. до н. э. (и до времен крушения Ассирии) – Сирия. Прочно покорить Вавилонию ассирийцам так и не удалось, и именно это стало в итоге причиной гибели их державы.

История Ассирии изобиловала узурпациями. Немало удачливых администраторов и военачальников – отдаленных потомков давно умерших царей – захватывали престол, свергая и убивая своих предшественников. Однако это не мешало официальной ассирийской традиции относиться к ним с величайшим почтением, если их правления были успешными.

В Ассирийской державе сложилась особая идеология «священной войны», согласно которой войны предпринимались по приказу и во славу Ашшура, бога-покровителя города и царства, что отражало исключительную роль храма Ашшура в функционировании ассирийской государственности. Не считая библейских войн, это единственный пример «священной войны» на всем древнем Ближнем Востоке.

В итоге история Ассирии представляет собой циклы военного подъема и упадка. Трижды (в нач. XII в. до н. э., в нач. X в. до н. э., в 1-й пол. VIII в. до н. э.) Ассирия теряла большую часть захваченных территорий и вновь возвращала их, каждый раз наращивая масштабы экспансии.






Дата добавления: 2016-05-31; просмотров: 1085;


Поиск по сайту:

Воспользовавшись поиском можно найти нужную информацию на сайте.

Поделитесь с друзьями:

Считаете данную информацию полезной, тогда расскажите друзьям в соц. сетях.
Poznayka.org - Познайка.Орг - 2016-2020 год. Материал предоставляется для ознакомительных и учебных целей. | Обратная связь
Генерация страницы за: 0.007 сек.