Тема 3.8.2. Архитектура США середины XIX — начала XX вв.

Конец XIX — начало XX вв. — время промышленного пере­ворота, первой научно-технической революции. В связи с этим возникает необходимость в создании новых типов зданий и со­оружений: фабрик, заводов, вокзалов.

Набирающий силу капитализм, не имеющий сложившихся архитектурных приемов, современных первым техническим и социальным достижениям, пытался отразить свое могущество с помощью архитектурных форм прошлого. Однако эклектизм не получает широкого развития в стране практичного подхода к архитектуре. Уже в середине XIX века начинают сказываться рационалистические тенденции, обусловленные функциональ­ным назначением зданий. Быстрые темпы строительства и его масштабность способствовали ускоренному развитию принципов стандартизации и сборности, использованию металла в каркасах. Практика работы с металлическим каркасом была той основой, на которой началось строительство первых небоскребов.

Как и в городах Европы, в США огромного размаха достиг­ло градостроительство. Колоссальная идея концентрации дело­вого мира в Нью-Йорке отражена в застройке его центральной части, острова Манхеттен, разбитого на прямоугольные кварта­лы с лесом небоскребов. К прямоугольной сетке позже добави­лись диагональные магистрали. Возведение высотных домов и

 

небоскребов было вызвано повышением комфортности деловых центров юродов и удорожанием стоимости земли под строитель­ство.

К концу XIX века центром экономической жизни страны ста­новится Чикаго. Именно здесь были заложены основы архитек­туры «чикагской школы» — яркой страницы предыстории совре­менной архитектуры. Ее начало связывают с пожаром 1871 года, почти полностью уничтожившим Чикаго. Лидером этой школы стал Луис Салливен (1856—1924 гг.). Он начал свою работу в ар­хитектурной студии Адлера, которая занималась проектированием высотных зданий. Он ясно осознавал новизну идеи, поставлен­ной перед проектной фирмой Адлер — Салливен. Исследования функциональных и конструктивных проблем высотного строи­тельства, попытки найти логику конструктивного формообразо­вания новых объектов занимали его не менее самого проекти­рования.

При восстановлении Чикаго был применен металлический каркас, который способствовал быстрому восстановлению города после пожара. Строительство сопровождалось огромным скач­ком роста цен на землю, поэтому застройка велась только мно­гоэтажными домами. Развитию многоэтажного строительства способствовало изобретение лифта, применение металлическо­го каркаса и использование ватер-клозета. С возведением небос­кребов существенно усложняются расчетно-конструкторская и строительно-технологическая области деятельности при проек­тировании и возведении здания. Из традиционной архитектур­ной профессии выделяется самостоятельная профессия инженера- строителя.

Впервые стальной каркас был применен арх. Уильямом ле Барон Дженни в 1883—1885 годах при сооружении Хоум Иншу- аренс Билдинг. Однако в архитектурной трактовке этого здания еще очень сильны приемы каменных образцов. Типичным яв­лялся и семиэтажный магазин в Чикаго, в фасаде которого ме­таллический каркас был скрыт каменной облицовкой. Но в пос­ледующих постройках (Релайенс Билдинг) каркас выносится на фасады здания.

Новая тенденция Салливена заключалась в полном отказе от облицовки каркаса массивом стены, в выявлении на фасаде чле­нений каркасной структуры, использовании крупных остеклен­ных проемов, в минимальном использовании декора. В здании

 

универмага в Чикаго (1889 — 1904 гг.) Салливен полностью воп­лотил эти принципы. Итогом исследовательской и проектной работы Салливена стал тезис: «Форма должна соответствовать функции». Эта формула сыграла большую роль не только в дея­тельности «чикагской школы», но и позже, став теоретической базой основного направления функционализма. Для архитекту­ры «чикагской школы» характерно использование самых пере­довых достижений инженерной мысли в строительстве и обору­довании зданий, глубокая функциональная проработка простран­ства, отказ от стилизации. Программа «чикагской школы» предусматривала размещение гаражей в подземном этаже; на пер­вом этаже — магазинов, банков и т.п. с удобными подъездами; третий этаж с большими светлыми проемами предназначался для выставочных и других зальных помещений. Выше должно было размещаться необходимое количество этажей с помещениями- сотами для контор, а верхний этаж — технический. Свою кон­цепцию Салливен реализует при строительстве Уэнрайт Билдинга в Сент-Луисе (1891 г.) и других зданий.

Господствующая в тоже время в архитектуре эклектика ком­поновала фасады по готовому образцу, мало заботясь о функци­ональной стороне сооружений. Эклектика оказалась сильнее «чи­кагской школы». Когда прошла «мода» на нее, многие архитек­торы вновь вернулись к эклектике. Образцом тому является павильон на Колумбийской выставке 1893 года. Небоскребы про­должали строиться, но носили элементы эклектики (Зингер Бил- динг), совмещая каркасную конструкцию с куполами и т.п.

В русле развития архитектуры, противопоставленном во мно­гом функционализму, но перенявшего у него рационализм ста­ло творчество Ф.Л.Райта (1869—1956 гг.).

Фрэнк Ллойд Райт с 1887 г. работал в фирме Адлера — Сал­ливена. За 7 лет работы он глубоко воспринял идеи о единстве формы и функции. В 1894 г. Райт начал самостоятельную рабо­ту с ряда заказов на проекты жилых домов. Это так называемые «дома прерий». В них он использовал принцип «перетекания пространства», который в дальнейшем включил в концепцию «органической» архитектуры.

Ф.Л. Райт мастерски соединил современные достижения тех­ники с традиционными формами американского загородного дома, выработанными еще первыми переселенцами. Он вклю­чил в понимание функционального не только целесообразную

 

 

планировку помещений и выбор конструкций, но и связь соору­жения с природой, климатом, сложившимися традициями и местными строительными материалами, заложив тем самым один из важнейших принципов современной архитектуры.

АРХИТЕКТУРА И ИСКУССТВО СТРАН ЕВРОПЫ И СЕВЕРНОЙ АМЕРИКИ XX - НАЧАЛА XXI вв.

LV Архитектура и искусство стран Европы и Северной Америки 1920-х — 1940-х гг.

Отсчет зодчества XX века ведется с 1920-х гг., когда послед­ствия первой мировой войны изменили социальную картину Европы и поставили перед архитектурой новые задачи.

Перед странами Европы остро встают проблемы восстанов­ления разрушенных городов. Начинается бурное строительство жилья для широких слоев населения, общественных зданий. Жилищное строительство велось большими комплексами (Карл Маркс Хоф в Вене) или целыми поселками. Особое внимание архитекторов обращается на изоляцию жилья от уличного дви­жения, промышленных зон, на ориентацию и систему комму­нального обслуживания зданий. Многими ведущими архитекто­рами Европы выдвигаются теории современного города. Jle Кор­бюзье предлагает осуществлять застройку центров городов группами небоскребов с большими озелененными пространствами между ними и системой транспортно-пешеходного движения.

Появление эффективных строительных материалов, в первую очередь железобетона, и стремление прогрессивных зодчих найти красоту в простоте и логике конструкции привело к появлению нового направления в архитектуре — функционализму.

Его целями провозглашались оздоровление городов, улучшение жизни их населения на основе достижений социального и на- учно-технического прогресса.

В 1933 г. на конгрессе международной организации архитек­торов (CIAM) , созданной в 1928 г., в Афинах была выработана Афинская хартия, обобщившая опыт зодчих и сформулировав­

 

 

шая задачи архитектуры. Конгресс подтвердил концепцию Со­временного движения (функционализма) и профессиональные обязанности архитектора по удовлетворению запросов матери­альной, чувственной, и духовной жизни общества. Целями CLA.M была признана пропаганда идей современной архитектуры в со­циальных, экономических и технических кругах, реализация их в строительстве. С1АМ боролся против академизма, эклектики и рутины в зодчестве. Его главными организаторами были Jle Корбюзье (Франция), В. Гропиус (Германия), J1. Серт (Швеция), 3. Гидеон (Швейцария).

Колоссальное влияние на формирование композиционных приемов в архитектуре Современного движения оказали опуб­ликованные Jle Корбюзье в его книге «Лучезарный город» пять принципов проектирования зданий:

• на открытых столбах, отрывающих здание от грунтовой сырости;

• с совмещенной плоской железобетонной крышей-садом, предоставляющей жителям дополнительную рекреацион­ную территорию;

• со свободной планировкой внутренних пространств, кото­рую обеспечивает замена внутренних стен колоннами кар­каса;

• с ленточными окнами, повышающими освещенность по­мещений;

• со свободной композицией фасадов, которая достигается заменой несущей конструкции наружных стен на ненесу- щую, при переходе на каркасную конструктивную систему.

Ускоренные темпы строительства заставляли индустрию пе­реориентироваться с военных заказов на производство строитель­ных конструкций. Возрастает роль железобетонного каркаса в формировании принципов новой «международной» архитектуры. Архитекторы стремились внешними формами зданий отразить внутреннее содержание сооружений, используя ритм каркаса, сплошные остекленные фасады, оригинальные сочетания и чле­нения масс. В таких сооружениях, как здание «Баухауза» в Дес­сау, фабрика «Фан Неле» в Роттердаме подчеркивается функци­ональная специфика сооружений.

В богатых кварталах и за городом ведущими зодчими функ­ционализма по индивидуальному заказу строятся усадьбы и виллы с применением железобетонных конструкций: вилла Савой в Пуасси, вилла в Гарше, 1937 г., арх. Ле Корбюзье.

 

Эстетическая и эмоциональная ограниченность функциона­лизма стимулировали развитие ряда компенсирующих эти недо­статки направлений в архитектуре XX в. Одно из них — органичное. Оно в основном связано с именем выдающегося американского зодчего Ф.Л.Райта — ученика Л.Салливена. Разделяя рациональ­ные принципы функционализма (научную, гигиеническую и тех­нологическую обоснованность проекта), он считал столь же су­щественной эстетику формируемых пространств и объемов.

Формально идеи свободного плана дома с плоской крышей у Ле Корбюзье и Райта совпадают, но их реализация идет раз­ными путями и приводит к различным эстетическим результа­там. Для обеспечения свободы планировки Ле Корбюзье применял каркас с регулярной сеткой колонн. Райт отказался от каркаса, но достиг большой свободы компоновки, увязав расположение вертикальных несущих конструкций с объемно-планировочны­ми решениями зданий. Так, в «доме над водопадом» (дом Ка­уфмана в Коннелсвиле,1937 г.) террасы устроены в трех уров­нях, обращены в разные стороны и имеют различные размеры выносов (рис. 66).

В 1920-х — 30-х гг. происходит эстетическое переосмысление железобетона. Его пластические возможности наиболее широко применяются в архитектуре экспрессионизма. Архитектурным произведениям экспрессионизма присуща подчеркнутая эмоци­ональная выразительность композиции, иногда достигаемая за счет заостренности, гротескности, нарочитой деформации при­вычных архитектурных форм, либо с формированием компози­ции по принципам скульптуры.

Центром возникновения архитектуры экспрессионизма в 1920-х гг. становится Германия, а ее ведущими мастерами — Э. Менделъзон (1887—1953 гг.), Г. Шарун (1893—1972 гг.), Г. Пель- циг (1969—1926 гг.), Г. Херинг (1882—1958 гг.).

Наиболее ярким в этот период было творчество Э. Мендель- зона, осуществившего к началу 1930-х гг. большинство своих крупных проектов. Символом экспрессионизма в архитектуре стало построенное им в 1921 г. здание астрофизической лабора­тории в Потсдаме, более известное под названием «Башня Эйн­штейна» (рис. 67). Оно запроектировано как своеобразное зда­ние-скульптура с пластичными монолитными железобетонны­ми формами, где объемная форма башни явно преобладает над решением внутренних пространств.

 

В середине 30-х годов в Италии и Германии, где к власти приходит фашизм, проявляются тенденции к монументальнос­ти, гигантомании и возврат к классическим образцам прошлого.

Архитектура стран мира середины XX — конца XX вв.

Перед второй мировой войной в США приезжают многие европейские архитекторы: В.Гропиус, JI. Мис ван дер Роэ, Э.Мен-г дельзон, Э.Сааринен и др. Они не только занимаются архитек­турной практикой, но и создают свои творческие мастерские по подготовке профессиональных архитектурных кадров. В архитек­туре 2-й половины XX века вновь устойчивые позиции приоб­ретают функционализм и рационализм. Благодаря созданной фун­кционалистами системе регламентации, процесс проектирования стал базироваться на законодательной основе, дав потребителю объектов строительства гарантию компетентного решения фун­кциональных и технических задач архитектуры.

Применение методов функционализма способствовало уско­ренным темпам строительства, что являлось немаловажным фак­тором при восстановлении разрушений после второй мировой войны во всех странах, пострадавших в период войны.

Главную линию архитектуры Западной Европы надолго оп­ределил «международный» стиль J1. Мис ван дер Роэ. Применя­емый им металлический каркас с легкими стеклянными или

комбинированными ограждающими конструкциями и трансфор­мирующимися внутренними перегородками давал широкие воз­можности при проектировании самых различных типов зданий. Выразительность композиции достигалась пропорциональными соотношениями силуэта здания, выявлением каркаса и высоким эстетическим качеством конструкций.

Одной из программных работ J1. Мис ван дер Роэ стал комп­лекс зданий Технологического института в Иллинойсе, 1957 г. В нем идеально отработанные четкие пропорции объемов и сталь­ной каркас сочетаются с безукоризненной кирпичной кладкой и большими гладкими стеклянными поверхностями. По проек­там Л. Мис ван дер Роэ построены: здания фирмы «Сигрэм» в Нью-Йорке, 1958 г., суда в Чикаго, 1964 г., Секретариата ООН в Нью-Йорке, 1961 г. (совместно с Ле Корбюзье и О. Нимейе- ром) и др.

Личная творческая манера Л. Мис Ван дер Роэ и общетехни­ческий характер строительства способствовали тому, что «меж­дународный» стиль сохранял свою привлекательность во многих странах мира до 1950-х — 1960-х гг.

Конец 1940-х — начало 1950-х гг. были связаны с проекти­рованием и восстановлением разрушенных городов — Волгограда, Гавра, Варшавы, Гданьска, Севастополя, Дрездена, Киева, Минска и др. населенных мест. С середины 1950-х гг. превалирует зада­ча развития массового жилищного строительства.

Архитектурные формы застройки при восстановлении горо­дов были различны: в Волгограде (арх. В. Симбирцев) — неоклас­сицизм («сталинский ампир»),в Гавре (арх. О. Перре и др.) — модернизм,в Гданьске (арх. Я.Боровский, 3. Жулавский, В. До­ли некий) — тщательная реставрация исторического облика раз­рушенной застройки (северный ренессанс и барокко).

Застройка Гавра — первый в мировой практике пример реше­ния крупной архитектурно-градостроительной задачи в наибо­лее экономически эффективной современной строительной тех­нике. Все жилые и общественные сооружения центра Гавра были возведены в единой каркасно-панельной строительной системе из сборных железобетонных изделий.

Принципы модернизма привлекались в послевоенные годы и при проектировании немногочисленных в этот период в Евро­пе крупных общественных зданий. Однако эстетика модерниз­ма по сравнению с 1920-ми гг. не осталась неизменной, эволю­

 

ционируя под воздействием развития строительной техники и раз­нообразия новых композиционных и функциональных задач.

В наибольшей степени это обогащение при одновременном «смягчении» аскетизма архитектурных форм модернизма демон­стрируют композиции таких общественных объектов, как вокзал Термини в Риме и комплекс сооружений ЮНЕСКО в Париже.

Комплекс ЮНЕСКО (1955—1958 гг.) в Париже запроектиро­ван интернациональной группой архитекторов —* Б. Зерфюсса,

Н.Л. Нерви и М. Брейера. Он состоит из трех зданий — Секре­тариата, Пленарных заседаний и корпуса Постоянных предста­вительств. Самым крупным и наиболее характерным для модер­низма 1950-х гг. является здание Секретариата.

Присущая модернизму предельная экономия выразительных средств, в сочетании с диктуемыми ограничениями домострои­тельной промышленности, и огромное число повторяющихся в застройке типовых объектов, нанесли качественный ущерб гра­достроительству и архитектуре рассматриваемого периода модер­низма. Кроме того, свободная застройка жилых образований, при всех ее гигиенических преимуществах разрушала привычные представления о городской среде, вызывая у новоселов ностальгию по традиционному городскому пространству.

Эти обстоятельства заставили большинство столичных и круп­ных городов Европы к концу 70-х гг. отказаться от практики многоэтажной застройки, перейти к плотно-низкой (2—4 этажа) с элементами регулярной планировки, и одновременно прово­дить непрерывную и трудоемкую работу по «очеловечиванию» ранее возведенных многоэтажных «бетонных джунглей» в целях сохранения их потребительской ценности.

К наиболее значительным произведениям американского модернизма середины века относится комплекс сооружений ком­пании «Дженерал Моторе» в Детройте, построенный в 1951 — 1955 гг. по проекту Ээро Сааринена.

Вкладом американской ветви модернизма стало активное ос­воение открытых металлических конструкций в композициях фасадов и интерьеров, в то время как европейские мастера ос­ваивали формообразующие возможности железобетона.

В середине 1960-х годов утрачивается ощущение новизны архитектуры модернизма. Угасание интереса к «интернациональ­ному стилю» американского модернизма в мире произошло столь же стремительно, как и его успех, сказывалось влияние элемен­

 

 

тарности объемных форм при невозможности привлечения столь же великолепных материалов, как на объектах Миса Ван дер Роэ, Ф.Джонсона или Э.Сааринена.

Ограничения стиля не давали возможности вводить традици­онные строительные материалы, привычные для человека: дерево, кирпич.

Поиск нового архитектурного языка происходил в эти годы на фоне роста национального самосознания и поиска нацио­нальных архитектурных форм. Архитекторы обращаются к фор­мам самых различных стилей, добавляя в них черты националь­ного зодчества. Многие архитекторы обращаются к органичес­койархитектуре и ее разновидности — регионализму.

Одним из наиболее ярких примеров творчества основателя органической архитектуры Ф.Л. Райта служит музей Гугген’хей- ма в Нью-Йорке (1944—1956 гг.).

Этим проектом Райт сломал вековой стереотип анфиладной планировочной структуры музейных зданий. Художественная экспозиция в музее Гуггенхейма построена вдоль спирального пандуса, обвивающего центральное атриумное пространство, освещенное верхним светом через стеклянный купол.

Регионализм, представляющий собой дочернюю ветвь орга­ничной архитектуры, в середине и во второй половине XX в. дал ряд самобытных сооружений. Появление регионализма связано с эстетическим отторжением обезличенного геометризма аван­гарда и «интернационального» стиля.

Раньше всего регионализм начал формироваться в странах Северной Европы, затем в Латинской Америке, Японии и др. странах. Развитие регионализма определялось особенностями социальных процессов в послевоенные годы.

Выявлению региональных черт архитектуры способствовал опыт проектирования национальных павильонов для многочис­ленных международных и всемирных выставок.

Возврат к традиционным архитектурным формам определил и предпочтение традиционным материалам — камню, кирпичу, дереву. Выявление эстетических черт современных конструкций из традиционных материалов (например, гнутых древесноклее­вых и др.) в объемах и интерьерах общественных зданий стало характерной чертой скандинавского регионализма. Особенно ярко она проявилась в творчестве выдающегося финского зодчего Алвара Аалто.

 

В современном капитальном строительстве Японии традици­онный легкий деревянный каркас трансформировался в каркас­ные железобетонные монументальные сооружения местных зод­чих — К. Маякава (ученика Ле Корбюзье), К. Танге, К. Курокава и др. Классическим произведением японского модернизма стало здание музея Мира в знаменитом мемориальном комплексе г.Хи- росима (арх. Танге, 1949 — 1956 гг.) Однако очень скоро эмоци­ональная недостаточность модернизма потребовала поиска допол­нительных выразительных средств (прежде всего из области тра­диционного регионального зодчества), продолжающегося и поныне.

К органичному направлению привлечения принципов тради­ционного зодчества можно отнести композиции зданий Зала фестивалей в Токио (арх. К. Маякава, 1960 г.) (рис. 68), префек­туры Кагава в г. Такамацу (арх. К. Танге, 1958 г.) и муниципа­литета в г. Курасики (арх. К. Танге, 1960 г.).

К глубинным проявлениям японского регионализма следует отнести и сугубо избирательное отношение к выбору современ­ных несущих конструкций и отражению в композиции их тек­тонических возможностей. Поскольку традиционное зодчество развивалось на основе деревянных стоечно-балочных и срубных конструкций, ему остались чуждыми тектоника купольных и сводчатых систем. В современной архитектуре зодчие активно применяют ребристые железобетонные перекрытия и висячие си­стемы покрытий.

Наиболее ярко это проявилось в архитектуре Олимпийского комплекса в парке Йо-йоги в Токио (арх. К.Танге, 1964 г.) (рис. 69). Спортивный комплекс образован двумя зданиями — крытого плавательного бассейна и баскетбольного зала, имею­щими висячие покрытия. #

В конце века, в 1980—1990-е гг. японский регионализм сдает позиции общемировым архитектурным течениям — преимуще­ственно неомодернизму, отчасти неоэкспрессионизму и пост­модернизму. В этих направлениях работают как старые масте­ра — К.Шинохара, К.Кикутаке, А.Исозаки, так и более молодые — Т. Андо, Т.Ито, К.Моцуна. Нивелируются и выразительные сред­ства — в ограниченном объеме начаинают применяться сводча­тые и купольные конструкции.

Творческие поиски архитектуры 2-й половины XX века зас­тавляли зодчих обращаться к самым различным стилевым направ­лениям.

 

В 1950—1970-х гг. вновь проявляется интерес к экспрессио­низму как у архитекторов старшего (Jle Корбюзье, Г. Шарун), так и среднего (Э. Сааринен, О. Нимейер, И. Утцон) поколений. С 1950-х гг. направление получает наименование неоэкспресси­онизма.

Самым знаменитым произведением неоэкспрессионизма ста­новится капелла в г. Роншане (Франция), построенная в 1950— 55 гг. по проекту Ле Корбюзье. Ее ком­позиция навеяна образами первых мо­литвенных домов (шатров) ранних христиан. Железобетонная прихотливо изогнутая плита покрытия перекликается с образом шатрового навеса, а нерегуляр­ная форма наружных стен с кажущимися случайными по форме и расположению световыми проемами способствует созда­нию иррационального внешнего облика и внутреннего пространства, отвечающих мистической программе храма (рис.70).

Одним из наиболее ярких примеров неоэкспрессионизма является Оперный театр в Сиднее (арх. Й. Утцон, 1956—

1976 nv) (рис. 71).

Здание театра на высокой платформе со вспарушенными железобетонными оболочками напоминает парусник.

 

Длительный путь развития экспрессионизма подтвердил его возможности повысить выразительность современной архитек­туры, особенно при проектировании крупных индивидуальных объектов, играющих ответственную градостроительную роль. Неоэкспрессионизм, опираясь во многом на достижения функ­ционализма, внес в него индивидуализирующее и эмоциональ­ное начало. При этом достижению эстетического эффекта в ар­хитектуре неоэкспрессионизма в значительной степени способ­ствовало умелое использование выразительных особенностей новой техники.

Структурализм— художественное явление, проявившееся в архитектуре, менее строго детерминированное, чем функциона­лизм или экспрессионизм. Структурализм, сформировавшийся в 1950—1960-е гг. и базирующийся на эстетизации конструктивной формы, занимает в зодчестве XX в. промежуточное положение между конструктивизмом 1920-х и хай-теком 1980—90-х годов.

Программным объектом стало здание Центра коммуникации префектуры Ямагучи в г. Кофу, построенное по проекту арх. К. Танге в 1962-1967 гг.

Работами П.-Л. Нерви, которые стали классическими приме­рами комплексного решения технических и эстетических задач при решении несущих конструкций, являются корпус конференц- залов в комплексе сооружений ЮНЕСКО в Париже (1958 г.) и Малый дворец спорта в Риме (арх. А. Вителлоцци), построен­ный к Олимпийским играм в 1957 г. (рис. 72).

На рубеже 1960—1970-х гг. сформировалась своеобразная ветвь структурализма, получившая наименование стиля большого биз­неса, реализовавшаяся преимущественно в проектах высотных офисов крупнейших фирм и корпораций.

 

 

Эстетика оболочково-каркасной системы получила эстетичес- кую трактовку в зданиях Мирового торгового центра в Нью-Йорке и Транс-Америка в Сан-Франциско, каркасно-ствольно-подвес- ной — в офисе фирмы БМВ — в Мюнхене, ствольной — в офисе «Рыцерей Колумба» в Нью-Йорке, а оболочково-диафрагмовой — в офисе Сере и Робак в Чикаго.

Отличительной особенностью этих композиций является тек- тоничность, сдержанность и лаконичность, использование наи­более современных и совершенных отделочных и конструктив­ных материалов.

Архитектурно-художественная среда центров большинства городов сложилась под влиянием историзма, объединяющего несколько направлений — «стилизации», эклектики, соответству­ющих ветвей модерна и др. — различающихся глубиной и пос- ледовательностью в привлечении художественного наследия прежних веков.

Последующее развитие историзма шло двумя путями. Пер­вый — углубленное овладение отечественными традициями и вто­рой — профессиональное энциклопедическое овладение языком архитектурных форм различных эпох и народов (эклектика).

С конца 1960-х гг. в архитектурной практике возрождаются элементы историзма, но преимущественно регионального, как, например, при проектировании наиболее крупных обществен­ных зданий в столицах союзных республик бывшего СССР.

Дополнительными стимулами к развитию историзма служи­ли такие характерные для 1960—70-х гг. общественные явления,

 

как развитие индустрии массового туризма и практика органи­зации многочисленных международных и традиционных всемир­ных выставок. Туризм и выставочная деятельность вызвали ши­рокий интерес к историческому наследию и требовали реакции в архитектурной практике. В связи с этим начинается новый период развития историзма в зодчестве. Это направление весь­ма разнохарактерно, но получило общее наименование — пост­модерн или постмодернизм.

В архитектуре постмодернизм сформировался в США во второй половине 1960-х — конце 1970-х гг., объединив различных по творческим принципам и подчерку мастеров. Постмодернисты подвергли жесткой критике функциональное зонирование горо­дов, аскетизм архитектурных форм и серийный подход к про­ектированию, отказ от творческого наследия и регионализма.

В градостроительстве постмодернизм отдает предпочтение регулярной, преимущественно симметричной системе, а так же тщательному учету особенностей существующей конкретной (исторической) городской среды.

В области архитектурных форм постмодернизму присуще воз­рождение исторических архитектурных систем и декора, обра­щение к выразительности стенового массива с отказом от нару­шающих его ленточных окон, возрождение активного силуэта зданий (завершение щипцами, фронтонами, мансардами) с от­казом от плоских крыш, «подражание» историческим памятни­кам и «образцам» с упрощением применяемых классических форм.

Его основные постулаты сформулированы в трудах теорети­ков и практиков постмодернизма (Р. Вентури, М. Кюло, Л.Крие, А. Росси, А.Грюмбако).

Радикальным примером в практическом становлении постмо­дерна стало одно из крупных сооружений этого стиля — офис фирмы ATT в Нью-Йорке (1978г.), сооруженный по проекту экс- модерниста, затем неоклассициста (театр в Линкольновском центре в Нью-Йорке, музей в Небраске), а ныне мастера пост­модернизма — Ф. К. Джонсона.

Европейский постмодернизм существенно более строг, нежели американский. И это вполне закономерно: новые сооружения строятся в богатом окружении шедевров прошлых веков, кото­рые не допускают грубого искажения исторических архитектурных форм при «декорировании сараев».

В то же время европейский постмодернизм сохраняет тепло­ту и человечность стиля. Наиболее яркими примерами европей­

 

ского постмодернизма могут служить работы по расширению главных художественных музеев Лондона, (музей Тейт-галерея в Лондоне, 1890 г., реконструкция — 1989г.).

Работая в Европе, американские мастера постмодернизма проявляют сдержанность. Особенно ярко это видно на работах берлинской мастерской Ч. Мура, он построил крупные объекты в районе гавани Тегель в Берлине: многоэтажный дом на набе­режной и Гумбольтовскую библиотеку. Библиотека представля­ет собой вытянутый двухэтажный объем с перекрытием читаль­ного зала цилиндрическим сводом. В интерьере, выполненном из бетона, стали и анодированного алюминия сформирована на­рядная и дружелюбная для человека среда.

К наиболее ценным результатам развития постмодерна мож­но отнести тот дух уважения, который до сегодняшнего дня со­блюдается при реконструкции центров исторических городов: район Ричмонд-парка в Лондоне, Бикерзей-ленда в Амстерда­ме, Университетской площади и Креплинерштрассе в Ростоке и многих других.

Хай-тек — эстетическое течение в архитектуре, сложившее­ся в 1970-е гг., представляет собой современную модификацию техницизма, исповедующего радикальное обновление языка ар­хитектуры под влиянием технического прогресса. Хай-тек — сим­волическое отражение века «высоких технологий», ракетно-тех- нических объектов в архитектуре крупных общественных зданий. В известной мере хай-тек является последним в XX в. этапом эстетического освоения новых технических форм, начатого кон­структивистами 1920-х гг. и продолженного структуралистами в 1960-х.

Хай-тек ориентирован на эстетическое освоение конструкций в сочетании со стеклом. Кроме того, хай-тек активно включает в архитектурную композицию зданий элементы их инженерно­го оборудования — воздуховоды, вентиляционные шахты, тру­бопроводы.

Отличительным признаком решения несущих конструкций в хай-теке стало применение стержневых элементов закрытого сечения (труб круглого или прямоугольного сечения) вместо элементов открытого сечения. Такова, например, композиционная роль вертикальных несущих труб в композиции здания банка в Мюнхене арх. В. и Б. Бетц, 1982 г. ствольно-стоечно-подвесной конструктивной системы (рис. 73).

 

 

 

Дальнейшее развитие хай-тека прохо­дит в борьбе двух тенденций, начатых парижским Центром им. Помпиду и бер­линским конгресс-халле: нарочитого ус­ложнения внешнего объема зданий вто­ростепенными техническими и техноло­гическими аксессуарами и тяготением к тектонической ясности сооружения.

К концу 90-х гг. второе направление развития хай-тека становится главен­ствующим.

В этом отношении наиболее ярким примером позднего хай-тека стала ком­позиция здания Европейского суда по правам человека в Страсбурге, построенного Р. Роджерсом в 1997 г. Проектируя его, автор руководствовался собственной идеологи­ческой программой «создать немонументальный монумент» — зда­ние весьма социально значимое (Совет Европы объединяет свы­ше 30-и стран) и в то же время демократичное, так как Европей­ский суд призван защищать индивидуальные права человека.

Своеобразную ветвь хай-тека составляет «слик-тек» — стиль глянцевого (преимущественного стеклянного) блеска фасадных поверхностей (например, здание Опера-Бастиль в Париже) (рис. 74).

Новые криволинейные светопрозрачные конструкции позво­лили реализовать давнюю мечту архитекторов создать здания- шары. Их строят в разных городах и странах. В частности в Па­риже в 80—90-е гг. построены здания-шары в комплексе Дефанс и парке Jla Виллет. Однако нейтральность гладкой блестящей стеклянной поверхности создает определенные композиционные ограничения. Поэтому неслучайно с 80-х годов архитекторы прибегают к разнообразным вариантам сочетания в композиции светопрозрачных элементов с непрозрачными. «Оранжерейная» тема полностью стеклянного здания стала в последние годы по преимуществу основной в респектабельной «коммерческой» ар­хитектуре преуспевающих фирм и банков многих стран: от го­лубых кристаллов Уником банк и Высшей школы международ­ного бизнеса, зеленого стеклянного «газгольдера» Газпрома в Москве до парада стеклянных небоскребов финансового центра на набережной Гудзона в Нью-Йорке.

 

 

В конце i970-х гг. возрождается интерес к модернизму, а в восьмидесятые он вновь выходит на арену мирового зодчества под именем неомодернизма. Сохраняя достоинство модернизма, неомодернизм освобождается от ряда недостатков последнего. Произведения неомодернизма не входят в противостояние со средой, а продуманно и органично вписываются в контекст за­стройки. Разновидность неомодернизма, основанная на транс­формации образцов прошлою конструктивизма, получила назва­ние деконструктивизма, декона.

Мировоззренческой платформой деконструктивизма служат положения современного французского философа Жака Дерри­ды, критикующего метафоричность всех форм современного европейского сознания.

В этом отношении интересна его оценка победившего на меж­дународном конкурсе проекта генерального плана парка Ла Виллет в Париже арх. Бернара Чуми, 1983 г. (рис. 75). В проекте Б. Чуми парк насыщен россыпью легких преимущественно одно-, двух­этажных павильонов — «фоли» — ярко окрашенных металлических сооружений, композиции которых основаны на комбинациях образов и приемов русского авангарда.

Прием фоли повторен немецкими архитекторами Шнайдером и Шумахером в здании «Инфо-бокс» (1996 г.) на площадке стро­ительства и реконструкции Постдамер-Платц в Берлине. Этот длинный красный «железный ящик» поднят над землей трехвет- выми стальными опорами. По законам декона на углу железная стена разрушена и заменена большим светло-голубым витражом.

 

Интересно, что при декларативно излагаемой принципиаль­ной разнице творческих программ, композиционные приемы мастеров декона и постмодернизма в проектировании зачастую оказываются общими.

Развитию различных направлений в эволюции зодчества XX в. постоянно сопутствует символизм. Создаются здания и сооруже­ния, несущие символические функции — здания-символы или здания, содержащие в своей композиции символические элементы. Обычно они призваны символизировать определенную идеологи­ческую, государственную, религиозную или другую идею, не вы­текающую непосредственно из функции здания или сооружения.

В 1920-е гг. символизм архитектурной композиции в наиболь­шей степени был связан с поэтизацией техники как носитель­ницы идеи безусловного прогресса. Поэтизировались формы и образы механизмов, пароходов, летательных аппаратов.

Ряд проектов зданий и сооружений предусматривал в их со­ставе постоянно движущиеся фрагменты (проект памятника III интернационалу архитекто<






Дата добавления: 2016-05-31; просмотров: 1796; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

Воспользовавшись поиском можно найти нужную информацию на сайте.

Поделитесь с друзьями:

Считаете данную информацию полезной, тогда расскажите друзьям в соц. сетях.
Poznayka.org - Познайка.Орг - 2016-2017 год. Материал предоставляется для ознакомительных и учебных целей. | Обратная связь
Генерация страницы за: 0.032 сек.