Экономика и население Горного Алтая в годы войны

Трудовые отношения в годы войны.К концу 1941 г. в действующую армию было призвано около 30% квалифицированных рабочих. Кроме того, регион делился своими трудовыми ресурсами с сопредельными районами: 13 февраля 1942 г. был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР о мобилизации трудоспособного городского населения для работ на предприятиях оборонной промышленности и стройках. Мобилизации подлежали мужчины в возрасте от 16 до 58 лет и женщины от 16 до 45 лет, не занятые общественно-полезным трудом. За первые два года войны из области было отправлено на эти работы 2,6 тыс. человек. В 1942 г. во всех отраслях промышленности насчитывалось менее 4 тыс. рабочих, а к концу 1945 г. - всего 3,4 тыс. Одним из путей решения проблемы с кадрами было увеличение трудовой нагрузки. В области широко распространилось движение «двухсотников», «тысячников», а также совмещение профессий. На всех предприятиях области проводились фронтовые вахты, декадники ударного труда, по инициативе рабочих увеличивали рабочий день, брали повышенные обязательства. Население также увеличилось за счет притока эвакуированных из западных районов.

Огромное значение в борьбе за быстрый рост и совершенствование производства имело Всесоюзное социалистическое соревнование. Оно возникло в 1942 г. в ответ на первомайские призывы ЦК ВКП(б). Особенно большое развитие получило движение комсомольско-молодежных бригад, которое в последний период войны превратилось в одну из наиболее массовых форм соревнования.

Одной из действенных форм соцсоревнования явилось соревнование между тружениками тыла и воинами фронтовых частей. Так, в области многие передовики, а то и целые бригады, соревновались с земляками-фронтовиками 56-й Краснознаменной дивизии. Моральные факторы активизации тружеников: областная Доска Почета, Книги гвардейцев тыла, районные газеты, переходящие Красные Знамена, вымпелы, награждение значками «Отличник соцсоревнования», грамотами, присвоение почетных званий («Лучший мастер» и т.д.) и, наконец, правительственные награды – ордена и медали – все средства нравственного поощрения были поставлены на службу победы над врагом.



В активную трудовую деятельность были вовлечены ветераны труда, домохозяйки, подростки. В основном, конечно, использовались трудовые резервы деревни. Проводился своеобразный обмен, при котором город направлял в деревню сезонных рабочих, взамен же требовал постоянных, согласно обязательной мобилизации сельского трудоспособного населения для работы в промышленности. Методы набора рабочих первоначально заимствовались из опыта 1930-х годов. Областной комитет партии утверждал разнарядку по районам, райкомы и исполкомы Советов в свою очередь распределяли ее по хозяйствам. Нередко рабочая сила изымалась из мест, ощущавших острую нехватку кадров. Благодаря усилиям местных партийных, советских, хозяйственных органов, промышленность области обеспечивалась необходимым минимумом рабочих рук.

В условиях массового пополнения рядов рабочих кадрами, не имевшими необходимой квалификации, нужно было в кратчайшие сроки организовать их обучение. В области не была развита сеть школ фабрично-заводского обучения (ФЗО) как в других регионах. За годы войны на предприятиях области укрепились четыре основные формы обучения рабочих: стахановские школы (для подготовленных рабочих), целевые курсы (для обучения рабочих дефицитных специальностей), техминимум и бригадно-индивидуальный метод. Последний метод имел наибольшую эффективность приобщения к индустриальному труду рабочих, впервые пришедших в промышленность, поэтому получил широкое распространение на предприятиях области. В стахановских школах, кружках техминимума лишь в 1942 г. было обучено более 6700 человек. Решением бюро Алтайского краевого комитета ВКП(б) и Исполкома краевого Совета депутатов трудящихся от 19 июля 1941 г. в поселке Иня Онгудайского района области было открыто ремесленное училище. Первый набор учащихся составил 170 человек, больше половины их были из города. Ининское училище в то время было единственным учебным заведением в области, готовившим кадры для промышленности и сельского хозяйства.

Руководством области уделялось внимание и подготовке руководящих работников, особенно из числа представителей коренного населения.

Документальное свидетельство:

Из постановления обкома ВКП(б) 1943 г. «О подготовке и выдвижении национальных кадров»:

...обязать отдел кадров в течение декабря 1943 года, января 1944 года подобрать из числа алтайцев не менее 40 человек и направить на руководящую, ответственную работу в партийные, советские, хозяйственные организации и редакционную работу;

обязать руководителей областных организаций и ведомств представить отделу кадров обкома к 15 января 1944 года мероприятия по коренизации аппарата и постановки воспитательной работы с национальными кадрами в подведомственных им организациях и учреждениях».

Характерной чертой состава рабочих кадров военного времени было резкое увеличение процента женщин. Их доля в народном хозяйстве страны увеличилось с 33 % в 1940 г. до 53% в 1942 г. На отдельных предприятиях Горного Алтая число женщин достигало 65-70% к общему количеству работавших. Произошло также заметное омоложение рядов рабочих за счет лиц преимущественно до 18-20 лет.

Неимоверную остроту в условиях войны приобрела проблема снабжения населения одеждой, обувью, мылом и другими вещами первой необходимости. Корни кризиса уходили в довоенное состояние легкой и местной промышленности. Перед войной 70-75 % товаров, реализуемых через розничную торговлю, принадлежали к разряду остродефицитных.

В силу таких обстоятельств в сфере государственного и кооперативного снабжения и торговли действовал абсолютный внеэкономический контроль. Функцию учетчиков и распределителей, организаторов снабжения выполняли партийные, государственные, профсоюзные органы. В обкомах, райкомах партии создавались отделы торговли и общественного питания, в профсоюзах – отделы рабочего снабжения.

Важнейшей характеристикой централизованного снабжения и торговли являлось нормирование – административное ограничение отпуска товаров населению. В том или ином виде оно было присуще советской торговле всегда. Предвоенные и военные годы – не исключение. Жестко централизованная и регламентированная карточная система снабжения гражданского населения была введена в середине 1941 г. Согласно этой системе преимущества в снабжении отдавались работникам приоритетных отраслей. Население было разделено по признаку общественной полезности на четыре категории снабжения: рабочие, служащие, иждивенцы, дети до 12 лет. Нормы снабжения колебались: от 200 до 1000 г хлеба в день; от 200 до 4500 г мяса-рыбы; от 150 до 1000 г жиров; от 200 до 600 г сахара и кондитерских изделий в месяц. Дифференцированный принцип выразился в тенденции поставить нормы централизованного снабжения в зависимость от норм выработки.

Характерной чертой торговли по карточкам являлись фиксированные цены. Они были ниже рыночных в десятки раз. Низкие цены в карточной системе существовали за счет политики продразверстки в колхозно-совхозной деревне и отторжения от государственной торговли огромной массы сельских жителей. Однако, благодаря именно карточной системе, страна сумела мобилизовать и отладить обеспечение населения продуктами и товарами первой необходимости. Так, в частности, без этих мер государства Алтайский край не обеспечил бы 2,5 миллионное население ни продуктами, ни промышленными товарами. Даже с учетом централизованных поставок, фонды края были ограничены. В Ойротскую область продуктов и товаров поступало еще меньше, так как оборонные заводы края должны были обеспечиваться в первую очередь. Поэтому партийные и советские органы направляли немало усилий на отлаживание системы снабжения в области. Средства, выделяемые государством, в первую очередь распределялись среди остронуждающихся: в 1942 г. в область было направлено 8 тысяч рублей для оказания единовременной помощи эвакуированным из прифронтовой полосы (всего в область было эвакуировано около 5 тыс. человек), остронуждающимся семьям рабочих, служащих и военнослужащих.

Промышленность области в годы войны. Война внесла серьезные коррективы в развитие промышленности Горного Алтая. С одной стороны, она ускорила развитие ряда отраслей промышленности, связанных прежде всего с обороной страны, и за счет эвакуированных предприятий заметно увеличила их основные фонды. С другой стороны, война затормозила развитие многих отраслей экономики, как индустриального, так и особенно сельскохозяйственного сектора. Промышленность лишилась многих важных поставок из европейской части страны. Потребности в дефицитных материалах предстояло покрыть за счет изыскания местных ресурсов. Требовались исключительная изобретательность, инициатива, подлинное творчество рабочих, инженеров, техников и хозяйственников, чтобы удовлетворить запросы фронта. Оборонные задания выполнялись на пределе технических и человеческих возможностей.

Единственной отраслью, имевшей оборонное значение, была горнорудная промышленность, созданная в области в начале войны. Промышленная разработка ртути имела к тому моменту большое значение для страны, так как Никитовка (Донбасс) была захвачена немцами, а Хайдораханское месторождение в Средней Азии еще не было сдано в эксплуатацию. Горный Алтай в этих условиях становился единственным центром по добыче этой руды.

Строительство Акташского рудника началось в декабре 1941 г. По расчетам областного руководства, производство ртути должно было составить около 1 тонны в месяц. Свой первый годовой план в 1942 г. рудник выполнил на 111,4%. Себестоимость продукции была снижена на 45% против плана.

Это удалось достичь благодаря рационализаторским предложениям специалистов рудника, рабочих-горняков. Работники рудника Акташ были отмечены правительственными наградами. Орденом «Знак Почета» был награжден начальник рудника В.Г. Татарченко, медалью «За трудовую доблесть» – сменный мастер цеха Пелагея Майдурова. В силу острого недостатка рабочих рук обком ВКП(б) вынужден был просить разрешения краевых органов использовать труд заключенных ИТК №5,6, расположенных в п. Акташ. С их помощью строилась дорога к руднику.

В апреле 1942 года облисполком и обком партии Ойротии вплотную занялись организацией строительства эксплуатационного разведывательного комбината для переработки руд Чаган-Узунского месторождения цветных и редких металлов. В начале 1943 года горно-обогатительный комбинат был пущен в эксплуатацию. В сутки он перерабатывал более 10 т руды.

В декабре 1942 г. был создан трест “Ойротзолоторедмет”, который объединил все предприятия горнорудной промышленности области. В него вошли: Акташский рудник по добыче киновари, Змеиногорский рудник по добыче золота и барита, Калгутинский вольфрамовый рудник, Турочакское золотоуправление и Баранчинское приисковое управление по добыче золота. Эта мера позволила более оперативно решать вопросы материально-технического снабжения, маневрирования кадрами, оказания большей помощи на местах.

Главные специалисты горнорудной промышленности имели бронь. Это хоть немного облегчало положение. С планом 1943 г. справились на 125,4%, в 1944 г. – на 111%. С 1940 по 1943 гг. капиталовложения в эту отрасль промышленности области увеличились в 27 раз. Объем продукции за годы войны вырос в 1,8 раза.

С началом войны возросла и роль Чуйского тракта – главной транспортной артерии Горного Алтая. Областное руководство в ноябре 1942 г. приняло решение для обеспечения бесперебойного автодвижения по Чуйскому тракту, производства подготовительных работ по борьбе со снежными заносами, а также работ по расчистке тракта от снега ввести на территории области, прилегающей к Чуйскому тракту, т.е. по Ойрот-Турскому, Шебалинскому, Онгудайскому, Кош-Агачскому аймакам, трудовую повинность на весь срок военного времени. Привлечение граждан к трудовой повинности допускается на срок до 2 месяцев, с продолжительностью рабочего времени 8 часов в день и 3 часа обязательных сверхурочных. Автопарк области из года в год сокращался: если на 1 января 1940 г. было 148 грузовых автомашин, то на 1 января 1943 г. – 60, весной 1944 г. – 28 машин, из которых в рабочем состоянии была только половина. В этих условиях нередко для перевозок использовался рабочий скот.

Война осложнила и без того тяжелое положение в другой важнейшей отрасли промышленности области – лесной. Потеряв в самом начале войны основную часть квалифицированных кадров, машин, она так и не смогла восстановить их в ходе войны. Недостаток в рабочей силе (постоянно 55-60% к плану), транспортных средств (35% к потребности), слабая техническая оснащенность и низкая организация труда лесорубов снижали производительность труда в лесной промышленности.

Для выполнения государственных заданий по заготовке леса в области с декабря 1941г. была введена трудовая повинность для мужчин от 16 до 55 лет и женщин от 16 до 45 лет. От нее освобождались рабочие и служащие, занятые в государственных учреждениях, предприятиях и на транспорте, а также высококвалифицированные специалисты из эвакуированного населения, временно не работавшие.

Такой способ набора рабочей силы применялся не только для выполнения планов леспромхозов, но и при заготовке дров для предприятий, школ, больниц, бань, жилых домов и других коммунальных предприятий. Труд лесоруба был очень тяжелым, условия работы порой невыносимые. В 1943 г. планы были существенно повышены. Для выполнения возросшего объема работ были установлены высокие сезонные нормы – 100 дней. В этом году область дала стране более 60 тыс. кубометров древесины, заняв 1-ое место в соцсоревновании по тресту «Алтайлес».

В 1944-1945 гг.положение в отрасли несколько стабилизировалось. Для заготовки и вывозки требовалось не менее 34 тыс. человек. Ни в какой другой отрасли промышленности не было сосредоточено такое количество рабочих. На истощенных лощадях, при скудном продовольственном выполняли свои нормы лесорубы. Люди жили в тайге по 4-5 месяцев в сколоченных на скорую руку бараках. Несмотря на предпринимаемые меры к концу войны объем продукции лесной промышленности области сократился на 38,4 % (по Сибири – на 37,5 %).

Во имя победы, на пределе сил и возможностей трудились не только горняки и лесорубы, но и рабочие всех других предприятий. Такие отрасли, как выделка овчин и кож, производство обуви, обмундирования, пищевых продуктов были переориентированы на нужды фронта. Было налажено производство посуды, дегтя, скипидара, пихтового масла, трикотажа, сапожного крема. Обеспечение кадрами предприятий легкой промышленности имело свою специфику. В 1941-1942 гг. для них не существовала такая форма и источник пополнения кадров как мобилизация, так как мобилизованные направлялись в основном в лесную, горнорудную и золотодобывающую промышленность области. Условия труда в кожевенных, валяльно-войлочных мастерских были довольно тяжелыми: повышенная влажность воздуха, вредные испарения, слабая механизация. Многие предприятия для выполнения заказов привлекали надомников, прибегали к помощи местных Советов, которые проводили набор нужных специалистов, работавших не по специальности в учреждениях, предприятиях, колхозах, совхозах.

Некоторые рабочие добровольно переходили с кожевенных, шорных, овчинных предприятий на работу в деревню или на оборонные заводы Алтайского края. Главными причинами этого явления были тяжелый, слабомеханизированный труд, ограниченная возможность получения квалификации и относительно низкий уровень заработной платы, а также более низкие нормы продовольственного снабжения по карточной системе, полное отсутствие подсобных хозяйств, сложности с жильем.

В 1943 г. многие предприятия сумели войти в ритм военного времени, мобилизовать все свои возможности. План 1943 г. был выполнен государственными предприятиями на 104%, кооперативными – на 103 %. Успешно справились с производственными программами следующие предприятия: мясокомбинат в г. Ойрот-Тура (184%), хлебокомбинат (137%), швейная фабрика крайлегпрома (100%). В последней особенно ударно трудилась передовая бригада, возглавляемая А.К. Александровой. Ее члены З. Болгова, Т. Данилова выполнили по три нормы. Отставание наблюдалось лишь в пищевой промышленности, где процент выполнения плана составил 72,3%. Причина этого заключалась, прежде всего, в особо тяжелом состоянии в 1943 г. сельского хозяйства области. Недопоставки мяса, овощей и другого сырья предприятиям отрасли напрямую сказывались на темпах ее развития.

В июле 1943 г. в промартели «Ойротка» был открыт ткацкий цех. Уже в первых числах августа он начал давать продукцию. Несмотря на то, что ткацкое производство было новым, только осваивалось, а станки ручными, работали при керосиновом освещении, многие работницы выполняли свои нормы на 150-170%. В 1943-1944 гг. были организованы пять новых артелей - коопераций инвалидов, произведено оснащение их оборудованием и механизмами. Расширилась сеть ремонтно-починочных мастерских по обслуживанию населения.

Несмотря на успехи отдельных предприятий, положение в местной промышленности области оставалось тяжелым: она с трудом справлялась с заказами фронта, почти ничего не производя для населения. К концу войны в г. Ойрот-Туре насчитывалось 37 предприятий государственной промышленности и промысловой кооперации, три треста союзного значения: Оленетрест, Ойротзолоторедмет, Сыртрест. Во всей области насчитывалось более 400 небольших государственных и кооперативных предприятий, из них 54 предприятия союзного и республиканского значения, 23 – местного, 58 – относящихся к промысловой и инвалидной кооперации. Имелось 99 сыроваренных и маслодельных заводов, 108 механических и водяных мельниц, Чемальская ГЭС, 19 электростанций в районных центрах и на предприятиях.

Горно-алтайское село в годы войны.Последствия войны тяжелейшим образом испытала на себе деревня. В Ойротской области количество трудоспособных колхозников за первые 6 месяцев войны сократилось на 20%, а к 1945 г. – на 45%. Деревня не могла обойтись только собственными силами, особенно в посевную и уборочную кампании. Согласно постановлению СНК СССР от 17 апреля 1942 г. “О порядке мобилизации на сельскохозяйственные работы в колхозы, совхозы и МТС трудоспособного населения городов и сельской местности” осуществлялась отправка горожан на работу в колхозы. Мобилизации подлежали мужчины и женщины от 14 до 55 лет, а также учащиеся неполных и средних школ.

Каждый мобилизованный на уборку урожая должен был выработать 40-50 трудодней в колхозах и 50-60 дневных норм в совхозах, а для учащихся – 20-30 трудодней. За уклонения от выполнения трудовой повинности виновные привлекались к административной ответственности в виде денежного штрафа в размере до 100 руб. или исправительных работ до одного месяца.

Колхозники в годы войны

Немного пополнилось сельское население области за счет эвакуированного населения: в Усть-Канский район прибыло 750 человек, Усть-Коксинский – 1 тыс., Онгудайский – 250, Шебалинский – 400, Чойский – 50, Эликманарский – 100, Турочакский – 150, Ойрот-Турский – 300 человек.

В области на 1 июля 1943 г. в армию было призвано 296 председателей из 315. Частая сменяемость председателей колхозов, заведующих ферм происходила не только из-за призывов в армию. Иногда снимали с работы за малейшее проявление неорганизованности, рассматривая его как саботаж, подрывавший обороноспособность страны.

Особенно много колхозников подверглись исключениям из артели, партии, осуждению в 1942-1943 г. В феврале 1942 г. бюро обкома принял специальное постановление «О неправильном отношении работников ВКП(б) к подбору руководящих кадров в колхозах», в котором отмечалось, что «в части колхозов оказались выдвинуты председателями колхозов, членами правлений, бригадирами и заведующими фермами крайне слабые люди, в некоторых – явные жулики, бывшие кулаки, участники банд и другие контрреволюционные элементы, пытающиеся подрывной работой развалить колхозы, расхищать колхозную собственность, срывают выполнение колхозами государственных обязательств…»

Как видим, причины еще более осложнившегося положения в стране, в регионе, имевшие отчасти и объективный характер, партийные органы области искали и находили в антигосударственных действиях политически неблагонадежных крестьян.

Пленум крайкома ВКП (б) в феврале 1943 г., анализируя обстановку в сельском хозяйстве края, отмечал, что «перегибы в кадровой политике налицо». Большие сложности были и со специалистами сельского хозяйства. Не хватало учетчиков, бухгалтеров, веттехников, агрономов. Ведь тот относительно небольшой для области костяк довоенных специалистов оказался на фронте.

И все же руководство области сумело организовать обучение новых специалистов в кратчайшие сроки, направить работу партийных и комсомольских организаций. Именно коммунисты и комсомольцы явились на селе мобилизующей силой тружеников на быстрейшую уборку урожая, заготовку кормов, организаторами социалистического соревнования. Сельские райкомы совместно с райисполкомами решали все вопросы хозяйственной и политической жизни деревни.

Многие выдвиженцы военных лет стали талантливыми организаторами производства: Самаев Прокопий Иванович – председатель колхоза «Кызыл Мааны» Кош-Агачского района, Пацуков Семен Васильевич – председатель колхоза им. Буденного Усть-Канского района, Уханова Зоя – заведующая овцетоварной фермой Кош-Агачского района, Кандаракова Софья – председатель колхоза «Дьяны Конок» Турачакского района. Настоящими руководителями проявили себя секретари первичных партийных организаций Г. Тартыкова, П. Савченко, секретари комсомольских организаций: колхоза им. К. Маркса Усть-Канского района В. Дедина, колхоза «Искра» Эликманарского района Ю. Пьянкова и многие другие.

13 апреля 1942 г. было принято постановление «О повышении для трудоспособных колхозников обязательного минимума трудодней». Он составил 120 трудодней в год против установленных в 1939 г. 80. Вводился обязательный минимум и для подростков – членов семей колхозников – в размере не менее 50 трудодней. Колхозники, не выполнившие без уважительных причин нормы, могли предаваться суду, исключаться из колхозов, теряли право на приусадебный участок.

Женщины на уборке сена

С начала войны рост выработки трудодней происходил у всех категорий сельского населения, занятого в общественном хозяйстве. За свои трудодни люди нередко получали только учетные палочки. Обесценению трудодня способствовали как существовавший в том время остаточный принцип распределения натуральных доходов колхозов среди его членов, так и уравниловка, сохранение устаревших норм выработки, плохо налаженный учет трудодней.

Усиление командно-административных методов руководства сельским хозяйством позволило быстрее мобилизовать материальные и трудовые ресурсы деревни. Однако чрезмерный нажим на колхозы, нарушение демократических основ управления сельскохозяйственными отраслями приводили к серьезным негативным явлениям в их экономике, оплате труда и материальном обеспечении тружеников села. Единственным выходом в такой обстановке было развитие личного хозяйства.

Из дополнительного дохода, каким оно должно быть согласно Уставу сельскохозяйственной артели, личное хозяйство превратилось для колхозников в военные годы в основной. Ведь даже у наиболее добросовестных колхозников доходы по трудодням не превышали одной трети их общих доходов. На состояние личного хозяйства колхозника напрямую сказывались все трудности развития общественного хозяйства, в частности, животноводства.

Дополнительный материал:

В 1943 г. на пленуме обкома отмечалось, что «за последние два года число коров в личном пользовании уменьшилось на 7 тыс. голов. У нас почти половина бескоровников. Это в Ойротии-то! Стахановское движение на единых идеях не создашь. А результат всего этого – организационно-хозяйственное ослабление колхозов. Не случайно, что всякие «слияния» привели к уменьшению числа колхозов на 49 за последние два года. В Кош-Агачском аймаке до 40% колхозников в единоличном пользовании не имеют скота. Это район, где сосредоточено 35% поголовья скота в области! В соседнем с ним Улаганском аймаке из 655 хозяйств колхозников в 400 дворах нет ни одной головы скота».

И все же, несмотря на эти обстоятельства, личное хозяйство покрывало потребности колхозников в зерне на 8,9%, в картофеле – на 86,5%, в овощах – на 90,6%, в мясе – на 82,2% и молоке – на 95,8%. Начиная с 1943 г., колхозы оказывали помощь своим работникам в приобретении личного скота. Количество личного скота увеличилось также благодаря применению дополнительной оплаты натурой. И все же уровень жизни сельского населения по сравнению с городским был очень низким.

При невиданном напряжении сил тружеников села основу их питания составлял картофель, площади посадок которого увеличились по области на 55,6% к концу войны по сравнению с 1941 г. В области в 1944-1945 гг. в колхозах стали чаще практиковать в качестве премии выдачу промышленных изделий (отрез ткани, предметы хозяйственного назначения).

Колхозница за швейной машинкой

Конечно, очень выручали сельчан мастера по выделке кожи, войлока, обработке шерсти. Именно их продукция, в основном, и одевала горно-алтайскую деревню в суровую военную пору.

Дополнительный материал:

На 1 января 1945 г. в области сельское население по районам было распределено следующим образом: в Кош-Агачском районе проживало 6858 человек, в Улаганском – 2727, Усть-Канском – 11235, Онгудайском – 9450, Эликманарском – 5677, Шебалинском – 8575, Усть-Коксинском – 12719, Чойском – 6133, Турочакском – 14487, Ойрот-Турском – 11374 человек. Все население области составляло 105714 человек (на 1 января 1942 г. было 143877 человек).

Численность населения Горного Алтая за годы войны заметно сократилась. Мобилизация средств на создание военной экономики осуществлялась за счет отраслей гражданского производства и, главным образом, за счет сельского хозяйства. Оно в наибольшей степени испытывало на себе разрушительное влияние войны.

Политика государства в сельском хозяйстве была направлена на мобилизацию всех ресурсов отрасли для нужд фронта, для чего под жесткий контроль были поставлены земельные отношения, материально-техническое снабжение, финансовая и налоговая политика, распределение рабочей силы.

В едином аппарате военно-экономической мобилизации сельского хозяйства заметную роль играли заготовительные органы. В осуществлении заготовительных работ предпринимались всевозможные, чаще чрезвычайные, организационные меры для изъятия продукции (сдача семенного материала, маточного поголовья, сокращение или невыдача трудодней). Заготовительные цены на сельхозпродукцию оставались такими же мизерными, как и до войны.

Большую часть колхозной продукции государство получало по линии обязательных поставок, а также натуральной платы машинно-тракторным станциям (МТС). Последняя определялась количеством гектаров “мягкой пахоты”, т.е. все работы, произведенные силами МТС (пахота, сев, молотьба и т.д.), сводились к этому общему показателю. Кроме названных были и другие источники поступления сельскохозяйственной продукции. Два из них появились в самом начале войны – это фонд Обороны и фонд Красной Армии. В фонд Обороны, как правило, поступала продукция от самих колхозников. В фонд Красной Армии колхозы обязаны были ежегодно производить довольно существенные отчисления. Например, в 1942 г. колхозы Алтайского края с каждого гектара фактического посева сдали в этот фонд 2,2 пудов зерна. Наибольший удельный вес в общем балансе заготовок колхозов занимали хлебопоставки.

Война отвлекла на фронт значительную часть сельскохозяйственной техники. Только за II-е полугодие 1941 г. колхозы и совхозы Алтая направили в армию из 17 тысяч единиц техники 6 тысяч тракторов, 7 тысяч автомашин. В результате уровень механизации сельскохозяйственного производства сократился в 2 раза, по некоторым видам – в 4 раза. Половина наличных тракторов простаивала из-за отсутствия запчастей, недостатка горючего, низкой квалификации механизаторских кадров, сменивших ушедших на фронт. Краевое руководство даже вынесло специальное решение, в котором рекомендовало обязать колхозников отработать 30 дневных норм на своих коровах.

В этих условиях уборку урожая 1941 г. Ойротская область провела с трудом и в поздние сроки. Всего по области на полевых работах лета и осени 1941 г. было использовано свыше 2 тысяч коров колхозников. Весной 1942 г. перед сельским хозяйством области встала новая проблема – нехватка семян. Движимые патриотическим чувством дать больше зерна государству колхозы своевременно не засыпали семенной фонд, полагая, что займутся этим после выполнения государственных заданий. Кроме того, при создании фонда осенью 1941 г. многие колхозы не учли необходимости увеличения посевных площадей. Семена удалось изыскать у соседних районов Алтайского края путем обмена на скот. План сева 1942 г. был выполнен на 120%.

Этот успех был во многом обеспечен четкой и правильной организацией труда. Обком партии обязал райкомы, райисполкомы и его земельные отделы обеспечить правильное комплектование бригад и звеньев, закрепить за ними определенные площади посева, установить задания по урожайности каждой культуры. За перевыполнение этих заданий производилась дополнительная оплата.

Наиболее организованно весенняя посевная кампания была проведена в Усть-Канском аймаке, хотя здесь посевные площади по сравнению с 1940 г. были расширены на 48,7%. Незаурядные организаторские способности показали председатели колхозов этого аймака Бело-Ануйского – Василий Яковлевич Комлев, им. Карла Маркса – Т.Альчин, директор Талицкого совхоза Станислав Иванович Мизгерт. По области размер посевных площадей составил рекордную цифру – 93,2 тыс. га, по сравнению с 1940 г. увеличение было на 14049 га. Колхозам пришлось напрячь все силы и средства, чтобы добиться этих показателей.

В области была горячо поддержана инициатива трактористок Ставрополья, начавших всесоюзное соцсоревнование трактористок и женских тракторных бригад. Включившись в соцсоревнование, большинство их взяли обязательства выработать на каждый 15-сильный трактор 450-550 га при хорошем качестве обработки земли, сэкономить 10% горючего и смазочных материалов, 10% средств, отведенных на ремонт. Только в Онгудайском аймаке участвовало в этом соревновании 19 человек. Это были Клавдия Потпокова, Мария Сыкыкова, Дергал Курматова и другие. Первенство среди них держала Кымыс Диунова. Она ежедневно вспахивала по две нормы при экономии горючего. За высокие показатели в работе она была награждена медалью “За трудовое отличие”. Одним из первых закончил сев Усть-Коксинский район, засеяв сверх плана 900 гектаров. За отличную работу районной комсомольской организации, возглавляемой Зоей Даниленко, было вручено Переходящее Красное Знамя обкома ВЛКСМ, более 400 передовиков получили денежные премии.

За качественное проведение весеннего сева 1942 г. руководители области и хозяйств были также отмечены правительственными наградами: первый секретарь обкома ВКП(б) Ф.С. Антонов – орденом Ленина, медалями “За трудовую доблесть” – председатель колхоза “Светлый путь” Усть-Канского района М.И. Ябыкова, бригадир тракторной бригады Усть-Коксинского района П.С. Кудрявцев. Всего было награждено 13 человек.

Области было вручено переходящее Красное Знамя крайкома ВКП(б) и крайисполкома. Пребывавшие в некоторой эйфории руководители области в решении IX -го пленума (июль 1942 г.) предлагали “дальнейшее расширение посевных площадей, превращение области из потребляющей в отношении продовольственного хлеба в производящую”.

Осенью 1942 г. труженикам Ойротии нужно было убрать хлеб с 71800 га, что было на 13,5 га больше предыдущего года. Благодаря расширению площадей впервые в истории области был собран большой урожай хлеба – 12800 т. План по хлебозаготовкам был даже перевыполнен, для чего пришлось пожертвовать семенным фондом, что потом затруднило положение растениеводства в 1943 г.

Документальное свидетельство:

Из выступления председателя облисполкома Ч.М. Кандаракова на XIII-м Пленуме Обкома в конце 1943 г.: «…После выполнения плана хлебозаготовок состоялся разговор с т. Лобковым (первый секретарь крайкома ВКП(б) – И.А.), который говорил о пересдаче областью 25 центнеров. У нас этой возможности не было, но для того, чтобы получить приветственную телеграмму мы решаем на бюро о пересдаче. И я сам лично выезжал проводить эту работу на месте. Семян для посева не оставалось и в 1943 г. сеять было нечем».

Расширение посевных площадей было вынужденной мерой, продиктованной сложившимися в стране тяжелыми обстоятельствами. В дальнейшем, из-за нехватки рабочих рук и ослабления технической оснащенности разрыв между размерами посевных и уборочных площадей все больше возрастал. Это относится, прежде всего, к зерновым культурам. План госпоставок картофеля после 1942 г. стал выполняться, в основном, за счет личных хозяйств. Колхозы принимали картофель в счет трудодней. Недопоставки по всем видам сельскохозяйственной продукции область замещала мясом.

Чрезмерное напряжение сил и средств для выполнения государственного плана 1942 г., который по объему намного превосходил довоенный уровень, предопределило, наряду с другими факторами, возникновение тяжелой ситуации в сельском хозяйстве области в 1943 г. Гибель огромного количества скота из-за нехватки кормов (борьба за рекордный урожай отодвинула на задний план проблему их заготовки), падение урожайности – вот картина этого года.

Начиная с 1943 г., происходило быстрое сокращение посевов. И это была наиболее характерная тенденция в развитии сельского хозяйства и в последующие годы войны. К 1945 г. общая посевная площадь в стране составила 113,8 млн. га против 190,4 млн. в 1940 г. В области динамика посевных площадей выглядела следующим образом: 1940 г. – 69,9 1945 г. – 58,4 тыс.га.

1943-й год был для сельского хозяйства самым тяжелым. План сева областью был выполнен на 94%. По сравнению с 1942 г. посевные площади сократились на 15%.

Осенью 1943 г. государству было сдано 520 тыс. пудов зерна, на 175 тыс. меньше, чем в 1942 г. Не был выполнен план по заготовкам картофеля и сахарной свеклы. Уборочные работы были выполнены с помощью механизмов только на 28%, а 72% – вручную. Ведь тракторный парк не обновлялся и поэтому нуждался в ремонте гораздо больше, чем в мирное время. Снабжение запасными частями сократилось во время войны в 10-20; отгрузка горючего уменьшилась наполовину. В таких условиях важнейшее значение приобретала мобилизация внутренних резервов. Чтобы изыскать эти резервы и суметь их использовать, механизаторам необходимы были большие знания, подлинное мастерство. Между тем в 1942-1943 гг. в МТС работали в основном трактористы и комбайнеры, только что прошедшие курсы и не имевшие практического опыта.

Из-за допущения падежа скота, невыполнения хлебопоставок 1943 г. был освобожден от должности 1-й секретарь Алтайского крайкома Лобков. В областной партийной организации также сменилось руководство. Были наконец-то приняты решения о том, что «главной отраслью сельскохозяйственного производства в области должно быть животноводство». В частности, Пленум обкома считал необходимым при планировании посевных площадей на 1944 г. внести необходимые коррективы по отдельным аймакам и колхозам в сторону их сокращения, направив развитие полеводства на обслуживание животноводства как главной отрасли хозяйства области. Принятые радикальные решения позволили немного улучшить положение в народном хозяйстве области.

В 1944 г. план сева яровых и весенне-тракторных работ в области был выполнен в установленные правительством сроки. Эти работы были проведены на более высоком агротехническом уровне, лучше был обеспечен уход за посевами. Государство ока






Дата добавления: 2016-12-09; просмотров: 667; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

Воспользовавшись поиском можно найти нужную информацию на сайте.

Поделитесь с друзьями:

Считаете данную информацию полезной, тогда расскажите друзьям в соц. сетях.
Poznayka.org - Познайка.Орг - 2016-2017 год. Материал предоставляется для ознакомительных и учебных целей. | Обратная связь
Генерация страницы за: 0.037 сек.